Некий юноша по имени Херенний в военном лагере предавался различным порокам, в том числе и мужеложеству.
Когда Август приказал выслать Херенния из лагеря, тот обратился к нему с мольбой:
"Как же я возвращусь домой? Что я скажу отцу?"

Август ответил:
"Скажи ему, что я тебе не понравился".

Один солдат был ранен камнем, попавшим ему в лоб, а потом стал очень сильно превозносить свои подвиги.

Август тихо сказал солдату:
"Когда ты убегаешь, никогда не оглядывайся назад".

Когда Август узнал, что царь Ирод казнил троих своих сыновей (Александра, Аристобула и Антипатра), он сказал:
"Лучше уж быть свиньёй Ирода, чем его сыном".

Ведь свинину евреи не ели.

Однажды Август зашёл в дом, в котором когда-то жил Катон Малдший. Страбон захотел угодить Августу и плохо отозвался о непреклонности Катона.
Август возразил:
"Всякий, кто не пожелает, чтобы существующее состояние государства подвергалось изменениям, является хорошим и гражданином, и человеком".

Так принцепс и Катона похвалил, и в очередной раз заявил, что он не стремится к каким-либо существенным изменениям в государстве.

Сторожа собора Василия Блаженного Кузьма и Иван Васильевы верили, что Екатерина «извела» своего мужа, но находили для нее смягчающие обстоятельства:
«Ибо де был он веры формазонской, и по той-де формазонской вере написан был патрет ево, который всемилостивейшая государыня приказала прострелить, отчего он и скончался».

Адмирал Василий Яковлевич Чичагов в XXI веке известен более всего благодаря историческому анекдоту.

Согласно ему, императрица Екатерина Великая пригласила адмирала в Зимний дворец и попросила рассказать об одном из сражений. Флотоводец некоторое время смущался, но затем освоился и стал рассказывать красочно и эмоционально, незаметно для себя перейдя на использование нецензурных выражений. Опомнившись, Чичагов принялся просить прощения, но Екатерина тактично сделала вид, что не поняла непристойных выражений, сказав: «Ничего, Василий Яковлевич, продолжайте; я ваших морских терминов не разумею».

я ваших морских терминов не разумею

В апреле 1714 года Пётр I велел произвести точную перепись всех домов в Петербурге. Оказалось, что в новой столице уже стоит 34550 домов, больших и малых.
Всем жителям, владевших одноэтажными деревянными домами было запрещено возводить второй этаж. Более того, специальным указом царь повелел впредь не строить в Петербурге ни одного деревянного дома, хотя и дозволил существование уже построенных деревянных домов. Стены и верхние перекрытия новых домов должны были строиться из кирпича или камня. Этот указ не касался межэтажных перекрытий.

Весной того же 1714 года Пётр I обнародовал очередной указ о плавании по реке Неве. В нём приказывалось, что как только на Неве сойдет весь лёд никто бы не смел плавать по реке на вёслах под угрозой телесного наказания и денежного штрафа. Все должны были постоянно пользоваться только парусами.
Из-за этого указа в Петербурге ежедневно происходили несчастные случаи, и местные жители обратились к царю с просьбой ввести пошлину на устройство плавучего моста. Но Пётр I никого не хотел слушать и желал приучить русских к использованию парусных судов.

Когда в 1714 году в Петербурге был спущен на воду очередной военный корабль, Пётр I собрал на борту нового корабля множество знатных лиц. Среди них были его министры и высшие офицеры, а также представители родовитых боярских семей. Пётр I был в прекрасном расположении духа и обратился к присутствующим со следующей речью:
"Кому из вас, братцы мои, хоть бы во сне снилось, лет тридцать тому назад, что мы с вами здесь, у Остзейского моря, будем плотничать, и в одеждах немцев, в завоёванной у них же нашими трудами и мужеством стране, воздвигнем город, в котором вы живёте? Что мы доживём до того, что увидим таких храбрых и победоносных солдат и матросов русской крови, таких сынов, побывавших в чужих странах и возвратившихся домой столь смышлёными? Что увидим у нас такое множество иноземных художников и ремесленников, доживём до того, что меня и вас станут так уважать чужестранные государи?
Историки полагают колыбель всех знаний в Греции, откуда (по превратности времён) они были изгнаны, перешли в Италию, а потом распространились было и по всем Европейским землям, но невежеством наших предков были приостановлены и не проникли далее Польши. А поляки, равно как и все немцы, пребывали в таком же непроходимом мраке невежества, в каком мы пребываем доселе, и только непомерными трудами правителей своих, открыли глаза и усвоили себе прежние греческие искусства, науки и образ жизни. Теперь очередь приходит до нас, если только вы поддержите меня в моих важных предприятиях, будете слушаться без всяких отговорок и привыкнете свободно распознавать и изучать добро и зло.
Указанное выше передвижение наук я приравниваю к обращению крови в человеческом теле, и сдается мне, что со временем они оставят теперешнее своё местопребывание в Англии, Франции и Германии, продержатся несколько веков у нас и за тем снова возвратятся в истинное отечество свое – в Грецию.
Покамест советую вам помнить латинскую поговорку – ora et labora (молись и трудись) – и твердо надеяться, что может быть ещё на нашем веку вы пристыдите другие образованные страны и вознесёте на высшую степень славу Русского имени".
Император обращался главным образом к представителям старинных боярских и дворянских семей, которые ещё не прониклись духом петровских преобразований. Старые бояре молча выслушали царскую речь, потом выразили своё полное согласие с речью царя, подтвердили ему своё полное повиновение во всех его делах и дружно взялись за стаканы с водкой. Петру оставалось только догадываться, насколько эффективной оказалась его речь.

Ганноверский посланник Фридрих Христиан Вебер (?-1739) так писал о Петре I, которого он впервые увидел в 1714 году:
"Никто, хорошо знающий этого монарха, не станет оспаривать, что он первейший и разумнейший министр, искуснейший генерал, офицер и солдат своего царства, ученейший из всех русских богословов и философов, хороший историк и механик, искусный кораблестроитель и ещё лучший мореход. Но во всех этих знаниях имеет он очень ленивых и из-под палки действующих учеников. Военную часть поставил он на такую превосходную ногу и своих солдат (в особенности пехоту) довел до такой славы, что они не уступят никаким другим в свете, хотя, впрочем, имеют большой недостаток в хороших офицерах.
Одним словом там, где у русских господствует страх и слепое повиновение, а не рассудок, там они будут впереди других народов, и если царь продержит еще скипетр свой только 20 лет, то он уведет страну свою, именно вследствие сказанного повиновения, так далеко, как ни один другой монарх в своём государстве".

Любовь к медицине
Одним из любимых увлечений Петра была медицина. При всяком удобном случае он старался присутствовать при хирургических операциях или при анатомировании тел. Со времен он приобрел такие хорошие навыки в этом деле, что мог неплохо анатомировать тела, пускать кровь, вырывать зубы и кое-какие другие операции. Он частенько старался помогать оперирующим врачам.
Поэтому Петр постоянно носил с собой специальную хирургическую готовальню, в которой были пара ланцетов, анатомический нож, клещи для вырывания зубов и другие необходимые для хирурга инструменты.

Жена камердинера и ее зубы
Камердинер Петра Полубояров очень хотел отомстить своей жене за ее распутный образ жизни. Он хорошо знал о пристрастии царя к удалению зубов и вот что придумал.
Однажды Петр застал своего камердинера в состоянии глубокой задумчивости. Петр поинтересовался, в чем дело, и тот ответил, что очень переживает из-за здоровья своей жены. Она, мол, очень страдает от зубной боли, но никак не соглашается удалить больной зуб. Петр обрадовался, сказал, что сумеет уговорить его жену и вырвет больной зуб.

Вдвоем они пришли к жене Полубоярова, у которой не было ни одного больного зуба. Пришлось женщине усесться и дать царю осмотреть свои зубы, хотя она и утверждала, что у нее ничего не болит и все зубы здоровы.

Камердинер на это сказал царю, что она всегда так говорит лекарям, а когда те уходят, то опять начинает мучиться от зубной боли.

Тогда Петр велел камердинеру крепко держать руки и голову своей жены и вырвал тот зуб, который показался ему больным. Стоны и слезы женщины ей не помогли. Дело было сделано.

Через несколько дней Петр узнал от своей жены-императрицы (со слов ее прислужницы), что у той женщины зубы никогда не болели, а муж просто решил ее так наказать за ее постоянные измены. Петр призвал камердинера, заставил его во всем признаться, а затем примерно наказал его, кажется, тростью.

Эту историю рассказал известный заводчик Петр Миллер.
Однажды Петр услышал в Москве об одном стряпчем, который зал как все старые законы и уложения, так и все указы Петра. Он часто давал советы даже судьям, как им поступить по закону, даже если это и было против интересов производимого им дела. Про него говорили, что он лучше проиграет свою тяжбу, нежели поступит несправедливо.

Петр заинтересовался этим человеком, несколько раз призывал его к себе и убедился в его честности и глубоких познаниях. Тогда царь решил взять его на свою службу и сразу же назначил его главным судьей в Новгородскую губернию. Новый судья обещал соответствовать царской доверенности и верно соответствовать своей должности.

Первое время так оно и было, но через несколько лет до Петра стали доходить многочисленные слухи о том, что этот судья берет взятки и решает дела несправедливо. Петр вначале решил, что это клевета, но внимательно расследовав это дело вынужден был признать, что обвинения справедливы.

Петр призвал этого судью к ответу и обвинил его во многих прегрешениях против законов. Судья признал, что иногда он прельщался деньгами и решал дела не по закону. Царь тогда сказал:

"Я никогда от тебя этого не ожидал. Но что тебя до этого довело?"
Судья признался, что всему виной нужда, так как он вынужден был проживать все свое жалованье и даже залезать в долги, чтобы жить так же, как живут равные ему по положению люди. О том же, чтобы отложить какие-нибудь деньги для жены и детей после себя теперь и речи не было.
Петр поинтересовался:

"А сколько надобно тебе жалованья, чтобы быть довольну и не иметь нужды брать взятки и для денег делать несправедливости?"
Судья отвечал:
"По крайней мере, вдвое против нынешнего моего жалованья".
Петр пообещал увеличить ему жалованье вдвое и еще половину, но судья должен будет судить теперь строго по закону, а если он еще раз провинится, то царь велит его казнить.
Судья пал в ноги Петру и благодарил его за милость. Несколько лет он судил строго и справедливо, верно соблюдая все законы, но потом забыл о своем обещании. Он решил, что царь тоже забыл о нем и опять начал брать взятки и вершить несправедливости.

Петр узнал об этом, велел схватить этого судью, судить и уличить его в преступлениях. Судье он велел передать, что хотя тот и не сдержал своего слова, но царь свое слово сдержит, а потому его повесят.

Весной того же 1714 года Пётр I обнародовал очередной указ о плавании по реке Неве. В нём приказывалось, что как только на Неве сойдет весь лёд никто бы не смел плавать по реке на вёслах под угрозой телесного наказания и денежного штрафа. Все должны были постоянно пользоваться только парусами.

Через несколько дней Петр узнал от своей жены-императрицы (со слов ее прислужницы), что у той женщины зубы никогда не болели, а муж просто решил ее так наказать за ее постоянные измены. Петр призвал камердинера, заставил его во всем признаться, а затем примерно наказал его, кажется, тростью.

Был когда-то такой знаменитый скрипач Буся Гольдштейн. Выборка одесской школы. Так вот этому мальчику в 1934 году было 12 лет, и его в Колонном зале Дома Союзов в Москве сам всесоюзный староста Калинин награждал орденом за победу на каком-то международном музыкальном конкурсе.

Колонный зал, мальчику 12 лет, его мама перед самым началом церемонии отзывает и говорит: «Буся, когда дедушка Калинин пришпилит тебе орден, ты громко скажи: "Дедушка Калинин, приезжайте к нам в гости"». Он говорит: «Мама, неудобно». Она говорит: «Буся, ты скажешь!»

Начинается церемония, Калинин ему пришпиливает орден, мальчик послушно говорит: «Дедушка Калинин, приезжайте к нам в гости!» И тут же из зала хорошо поставленный голос, дикий крик Бусиной мамы: «Буся, что ты говоришь? Мы же живем в коммунальной квартире!» Вы думаете они через неделю получили квартиру? На следующий день!

Игорь Губерман

Усадьба Очаково с 1781 находилась в совместном владении единоутробных братьев Н.Н. Трубецкого и М.М. Хераскова, а их жёны были очень близкими подругами.

Княгиня В.А. Трубецкая неразлучно жила с Е.В. Херасковой около 20 лет в одной усадьбе в одном доме, чему императрица Екатерина II крайне удивлялась. Императрица публично говорила:
"Не удивляюсь, что братья между собою дружны, но вот что для меня удивительно, как бабы столь долгое время уживаются между собою".

Граф Толстой по кличке американец в плен попал по пьяни. Шлялся по французскому лагерю куда хотел. Никто его не охранял-он же честное слово дал, что не сбежит.

Ну а кто такой Толстой? Это квинтэссенция гусара. То есть пьянь, кутила и игрок.
Ну он и устроил себе катран.
Французские офицеры от него были в восторге.
Через неделю Бонапарт обнаружил, что лагерь превратился в притон. Офицеры пьют не просыхая и играют в карты. Причем, проигрались Толстому в пух и прах.

Наполеон повелел Толстого из плена выгнать.
Ему распихали по карманам выигрыш (дело чести), вывели за посты и помахали ручкой.
Бонапарт решил, пусть граф свою армию разлагает, а не его.

Джон Уилкс и Джон Монтегю (4-й граф Сэндвич) — знаменитые британские политические деятели XVIII века, чьё противостояние вошло в историю как один из самых ярких примеров остроумия и политической вражды.

В ходе одной из горячих политических дискуссий граф Сэндвич решил публично задеть Уилкса и бросил ему дерзкое оскорбление:«Сэр, я не знаю, как вы закончите свои дни: умрете ли вы на виселице или от сифилиса!»

На что Джон Уилкс мгновенно выдал сокрушительный ответ, ставший классикой политического остроумия:«Это зависит от того, мой лорд, что именно я предпочту разделить — ваши политические принципы или вашу любовницу».

ваши политические принципы или вашу любовницу

Ha первое заседание общества трезвости, созданного в 1904 году в России, в качестве почетного гостя пригласили Л.Н. Толстого. Он пришел, послушал, а когда ему дали слово, сказал: «Чтоб не пить не надо собираться, а раз уж собрались, то почему бы не выпить!?»

Это было первое и последнее заседание общества трезвости.

Чтоб не пить не надо собираться

Одно питерское семейство, давненько уехавшее на "историческую родину", решило показать родившемуся уже в Израиле ребёнку город предков. Натурально, прибыли в славный город Санкт-Петербург, провели восторгающееся дитя по мостам-дворцам, привели в Летний сад. Где, собственно,развернулись события... Надо заметить, что дитя получилось — чистый ангел: огромные, небесного цвета глазищи, роскошные, совершенно белые кудри... Не мальчик — кукла. К тому же развитый не по годам. А проживает он с родителями в славном городе Нацрат-Илит, т.е. Верхнем Назарете. И вот, по Летнему саду гуляя, отвлеклось дитя на какую-то старушку вполне богомольного вида, с кряхтением пристраивающуюся на скамеечке. Родители прошли вперёд, а общительный, как все пятилетки, мальчуган пристал к бабусе... "Что, болит, бабушка?" — спросил мальчик. "Да, — отвечала бабушка, — старенькая я, спину ломит, ноги не ходят..." И почуяв благодарного слушателя, начала рассказ о хворях и горестях. В паузе мальчик поднял на неё свои огромные сострадающие глаза и очень искренне сказал: "Бабушка, я хочу, чтобы у тебя больше никогда ничего не болело!" Растроганная бабулька спрашивает: "Откуда ж ты такой хороший?" — "Из Назарета, бабушка..."
Бабушка, закатив глаза, сползла по скамеечке...