Нет никакого корпуса ракеты поверх корпуса двигателя. Корпус двигателя - это есть внешняя часть ракеты.

Насколько я понимаю, самое высокое давление в ракете должно быть в системе подачи топлива, чтобы преодолеть (нехилое, признаю) давление в камере сгорания
Но эта система не есть корпус ракеты.

Странный диалог идет
- Нет никакой кожи у человека на бицепсе руки, это просто часть мыщцы
- Ну вот же картинка из учебника анатомии вот кожа вот мышца

Горит прям в двигателе и через сопло вылетает. Твердотопливная же, нет там подачи топлива

на картинке корпус двигателя и корпус ракеты - одно то же.

Заряд прочно скрепляется с корпусом защитно-крепящим слоем

Ну тогда просто скорость вылета уменьшает давление.

Vladimirovich wrote: А ещё - замедляет время и уменьшает размер!

На картинке отчетливо видно что есть специальный слой (защитно-крепящий слой). Если бы это было частью корпуса никто бы не рисовал его отдельным элементом с выноской и не придумывал бы ему названий.

По вашей логике тогда и топливный заряд - часть корпуса. И корпус тает в процессе полета.

Где я писал, что сей крепящий слой - часть корпуса?

Ruslan73 wrote: Так нам и показали корпус двигателя. Нет никакого корпуса ракеты поверх корпуса двигателя. Корпус двигателя - это есть внешняя часть ракеты.

Вот здесь по факту

Защитно-крепящий слой = стенки двигателя. Именно этот слой контактирует с топливом.

защитно-крепящий слой - не имеет значимой прочности

Так поверх этого слоя еще топливо. Значит, стенка двигателя - топливо

Я хотел сказать, что защитно-крепящий слой - не корпус ракеты. Равно как и краска

МЫ САМИ ВЫБИРАЕМ ВРЕМЯ, В КОТОРОЕ ЖИВЁМ

Есть время разбрасывать камни, а есть время их поливать. Есть годы, когда нужно молчать, а есть дни, требующие новорожденных слов. Мы проходим эту жизнь на одном вдохе и кроме него в нас больше ничего нет. Все что после - не более чем выдох. Время нельзя остановить, сколько бы мы не прилагали для этого сизифовых трудов и прометеевого терпения. Нельзя жить прошлым, его можно только вшивать в узоры будущего, которое было и остается неизменно обманчивым. Прошлое не может быть плохим и хорошим, оно просто было. Нельзя пройти мимо него, потому что настоящее - его кровное дитя, но и тащить его с собой - значит, заживо похоронить себя. Мы сами выбираем время, в которое живём.

27 июля. Ровно четыре года от начала кровавых событий в Горловке, которые никогда не вытравить из сердец тех, кто стал их свидетелем. В одно мгновение уютный быт "курса доллара и евроремонта в квартире" сменился статистикой жертв, районами попаданий и свистящими в небе снарядами. Будто кто-то избил тебя в переулке, когда ты возвращался вечером с работы. И в голове вместо починки коммода или продуктового списка пульсирует только - "жить, я хочу жить". Гудит разбитая голова, а глаза застилает текущая из-под волос кровь. Тебя бьют под ребра ногами, а ты пытаешься сгруппироваться или даже дать сдачи, но все напрасно. Тело превращается в непослушный кусок мяса, способный лишь лежать и надеяться. Так меняется жизнь - больничная палата, невкусная пища и постоянные лекарства. А потом в ногах начинается гангрена. Зайцево, Гольма, Глубокая, Широкая Балка, Михайловка.

И мы, горловчане, где-то также ощущали себя в течение последних четырех лет. В течение четырех долгих лет лечения. Пытаясь уйти от залитых кровью больниц, сгладить перед глазами картины мертвых детских тел, восстановить поврежденные дома и квартиры. На смену артобстрелам пришли проблемы с дорогами, очереди за гуманитаркой вытеснили протекающие крыши, а дефицит продуктов превратился в постоянный поиск заработка. Мы перестали жить прошлым, сосредоточившись на проблемах такой шаткой, но все же желанной мирной жизни. В центре Горловки со стекол почти исчезли скотчевые кресты, в коридорах больше не висят тревожные сумки и мы даже иногда забываем взять с собой на улицу паспорт. Каждый день мы истово пытаемся приспособиться к новому быту - натянуть старое платье довоенной жизни на почти не кровоточащие раны войны.

Только вечером - нет-нет, да и начинает "колоть в пояснице и отнимаются ноги" от залпов и падений на окраинах. Но это как бы не с нами. Это - Гольмовский (всем уйти с улиц!). Это - Зайцево (работает миномет, будьте осторожны). Это Широкая Балка (прилёты в огороды, стрелковое). Это - Глубокая (работает танк, часть посёлка без электричества и газа). Но это ведь мы - горловчане. Не телевизионная картинка украинских преступлений, не пособники российских оккупантов, не сумасшедшие, которые живут в обстреливаемых районах. Это всё жители Горловки - ставшие заложниками и героями геополитической аналитики. Молчаливо смирившиеся с тем, что теперь мы - зона конфликта. Мы - думающие, потребляющие, любящие, грустящие, переживающие.

Большая Горловка (часть территории нашего города, где давно уже не падают снаряды, и она не попадает в сводки) - старательно сглаживает в памяти события "лета 2014 - весны 2015 годов". Хотя почти любой разговор рано или поздно сводится к одному и тому же - куда опять прилетело, сколько ранено и кто погиб на это раз, где было "слышно" вчера. Война перешла в подсознание, война приучила жить рядом с собой и в момент обострения спасать свои жизни. Но родила и парадоксальную реакцию на себя. Когда нам напоминают о пережитой нами войне, то мы убеждаем себя, что живем уже мирной жизнью.

Отсюда и жалобы. Отсюда и недовольство. Отсюда и стремление вернуться в "тихие дни". Потому что мы знаем (каким-то невероятным чувством упрямства) - войну можно победить только мирной жизнью. Мы перестаем замечать дефицит врачей в городе - и пишем на них кляузы. Мы уже почти согласны ввести школьную форму. Мы требуем от работающих за 2000-3000 коммунальщиков цветущего города. Мы, получая две пенсии, требуем гуманитарной помощи. Мы начинаем искать виновных в низком уровне социальной жизни не среди тех, кто загнал нас в него извне, а срываемся на таких же сжавших зубы внутри. Требуем мир, пока вокруг нас беснуется война. Потому что надоело слышать одно и тоже - "вот когда закончатся боевые действия".

А начались они в Горловке - 27 июля. Этот день принято считать точкой отсчета (хотя военные действия на окраинах нашего города уже шли неделю). И в этот день я забываю даже о протекающей в моем подъезде крыше. Забываю, что килограмм сыра уже стоит 400 рублей. Забываю о размытых ливнями дорогах с асфальтным сколом. Просто потому что перед глазами - разбитые пятиэтажки возле городской стоматологии, багровый от крови асфальт возле остановки "Мелодия", мертвая женщина с ребенком в Сквере Героев и дымящееся здание "Донбассэнерго".

И что я, оставшийся жить после того дня, могу сказать мертвым? Что война закончена? Что мы обрели долгожданную тишину? Что умерли они во имя жалоб придуманного нашим привыканием мира? Что под Горловкой больше нет линии фронта и мы подняли промышленность и получаем достойные зарплаты? Неважно перед чьими могилами мне стоять - военных или мирных жителей. Я не могу сейчас ответить им - почему они умерли? Их молчание на гранитных плитах столь же красноречиво, как и крики новорожденных в этом городе. Мне что-то нужно им сказать в этот день. День, когда наш город стал военным. Но, что им сказать?

Убийство медсестры в Донбассе привело Украину в восторг

Украинские СМИ назвали «ликвидацией» убийство в Донбассе 21-летней девушки-фельдшера.
Ранее стало известно, что служащие Вооруженных сил Украины неподалеку от села Набережное в Донбассе выпустили противотанковую управляемую ракету по санитарном автомобилю «Урал», в результате чего погибли трое находившихся внутри него людей. Одной из них оказалась 21-летняя фельдшер Мария Недова, оказывавшая помощь ополченцам Донецкой народной республики.
Тем временем множество украинских СМИ, рассказывая о произошедшем своим читателям, использовали в заголовках по отношению к погибшей молодой девушке не слово «убита», а слово «ликвидирована».

Украинские СМИ назвали «ликвидацией» убийство в Донбассе 21-летней девушки-фельдшера.

в том, что укросы злобствуют подло пиндосы никак НЕ виноваты, однако

Донбасс, 11 августа. Подразделения Вооруженных сил Украины, принимающие участие в так называемой операции Объединенных сил, установили свои порядки в захваченных ранее населенных пунктах Донбасса. Возмущенные беспределом киевских силовиков люди просят помощи у армии Донецкой и Луганской народных республик.

В середине лета командование «операции Объединенных сил» отчиталось о том, что Вооруженным силам Украины удалось захватить очередной населенный пункт в так называемой серой зоне на линии фронта в Донбассе. Этим населенным пунктом оказалось село Золотое-4. Позже выяснилось, что никакой спецоперации киевские силовики не проводили, а Золотое находилось под контролем Киева с 2014 года. Но это не помешало киевским генералам наградить особо отличившихся военнослужащих Вооруженных сил Украины.

Позже стали приходить сообщения от местных жителей, которые заявляли, что новая власть проводит зачистки и вынуждает жителей бросать свои дома и экстренно эвакуироваться из поселка. Заметим, что с началом зачисток резко увеличилось количество преступлений. На сегодняшний день известно о двух исчезновении местных жителей, которые не захотели покориться Вооруженным силам Украины. В свою очередь киевские силовики постоянно запугивали людей, заявляя, что их поселок будет уничтожен по примеру населенного пункта Желобок. И вот сегодня в Министерство обороны Луганской народной республики пришло анонимное электронное письмо от жителя села Золотое, в котором он рассказывает о том, что же на самом деле происходит в захваченных украинскими войсками населенных пунктах Донбасса. Сообщается, что о бесчинствах Вооруженных силах Украины автор не раз сообщал местным органам власти и полиции, но никто так ничего и не предпринял.

«Я, житель Золотого, обращаюсь к Вам и прошу помочь в решении нашей беды. С приходом ВСУ в наш поселок начался ад для всех жителей. Голова поселка о происходящем знает, но никаких действий не предпринимает. Мы остались один на один с этой напастью», - сообщает автор письма. Отмечается, то молодое населения поселка, которому не удалось уехать за его приделы, военнослужащие украинской армии заставляют помогать украинским солдатам, а мужчин – копать окопы на линии соприкосновения сторон. Что касается женского населения, то его заставляют выполнять всю работу по хозяйству: варить еду, стирать и обслуживать солдат в интимном плане.

«Раньше не трогали детей, а теперь и до них добрались, заставляют девчонок их обхаживать. Кроме этого, вынесли с дворов все, что можно. Брошенные дома обворовали. Постоянно тыняются по поселку с оружием, местные детишки уже выходить на улицу боятся», - сообщают жители Золотого.

71. 29 августа 2014 года в 01.00 ночи на веб-портале Президента Российской
Федерации было опубликовано заявление Президента Путина, который призвал
вооруженные группы «открыть гуманитарный коридор для украинских
военнослужащих, оказавшихся в окружении, для того, чтобы избежать бессмысленных
жертв, предоставить им возможность беспрепятственно выйти из района боевых
действий»120. Рано утром 29 августа российские СМИ распространили заявление
вооруженных групп, в котором те поддержали инициативу Президента Путина и
выразили готовность «обеспечить безопасность выхода из окружения украинских
военнослужащих при одном условии – они должны выйти через созданный коридор
без вооружения»121. По сообщениям, представители российских войск под Иловайском
передали украинским силам такое предложение рано утром 29 августа122
.
72. Это предложение не было принято украинским военным командованием123. В 8 часов утра 29 августа украинские силы вместе с вооружением и боеприпасами выдвинулись двумя колоннами на бронетехнике, военных и гражданских грузовых автомобилях, автобусах и других транспортных средствах из сел Агрономического и Многополья, где они собрались к 6 утра 29 августа. Они передвигались двумя параллельными дорогами на г. Старобешево и на с. Новокатериновка

73. Вскоре после отправления колонны попали под интенсивный обстрел из тяжелых вооружений, стрелкового оружия и легких вооружений. Сотни украинских солдат были убиты или ранены в результате этой атаки 125. Свидетели сообщили УВКПЧ, что один из небронированных грузовиков под самодельным белым флагом с красным крестом размером 1×1 м, в котором находилось более десяти украинских солдат из с. Многополье, был обстрелян из тяжелых вооружений. Погибли все солдаты, находившиеся в нем, кроме одного.

74. Некоторым украинским солдатам удалось прорвать окружение в одиночку или
группами. Многие сдались сразу после нападения, или позже в тот же день, или в
течение последующих дней. Группа украинских солдат заняла позицию в
с. Красносельское и оказывала сопротивление до 30 августа, после чего они также
сдались127. Захваченных украинских солдат удерживали под открытым небом до 31
августа и 1 сентября. В течение этих двух дней большинство из них, в том числе тех,
кто получил ранения перед тем, как их захватили, эвакуировали на территорию,
контролируемую Правительством, на транспортных средствах, предоставленных
украинскими силами128. Около 300 украинских солдат, в том числе не менее 109
бойцов добровольческих батальонов, были переданы вооруженным группам
«Донецкой народной республики». Они были освобождены в рамках так называемых
«обменов»129 до конца 2014 года, а примерно 10 из них оставались под стражей
вооруженных групп до середины 2015 года.

Президент Украины Петр Порошенко извинился за свое обещание быстро закончить антитеррористическую операцию на Донбассе, данное в 2014 году. Об этом глава государства заявил в четверг, 23 августа, на торжественной церемонии поднятия государственного флага в Днепре,

В частности, президент напомнил, что более четырех лет назад заявил, что АТО продлится часы, а не месяцы.

"Теперь уже не так важно, в каком контексте эти слова были сказаны. Не важна и образность заявления. Люди восприняли его как возможность завершить войну очень и очень быстро. Жалею, что породил завышенные ожидания. Искренне извиняюсь, что подал несбыточную надежду. Жаль, что дал обещание, которое не оправдалось. Прошу за это прощение", - отметил Порошенко.

Напомним, 28 мая 2014 года Порошенко заявил, что Антитеррористическая операция не может и не будет продолжаться два-три месяца.
"Она должна и будет продолжаться часы... Уже вскоре мы увидим эффективность антитеррористической операции", - обещал тогда президент.

почему к востоку от Днепра народ не поднимается по примеру Домбасса на борьбу против (якобы) фашистского режима майдановского

заслужили-с хохлы, ибо тупые холуи

Команды не было.

ибо тупые холуи

Только я лично не заслужил санкции Трампа. Это самое безумное, что могло случиться.