I. Жертва разногласий
В первых числах августа между США и Китаем начался новый виток усиливающейся с каждым месяцем холодной войны — взаимного обмена геополитическими «любезностями».
3-го числа Госдеп прокомментировал официально объявленное Китаем завершение строительства города Саньша (24 июля) на острове Вуди, иначе называемом Юнсин или Фулам.
Гегемонистой Америке не понравилось не только появление нового китайского города на Вуди, но и размещение там военного гарнизона, а также и планы по строительству рыболовецкой базы. Пока Филиппины, Вьетнам, Бруней, Малайзия и Тайвань лишь словесно претендовали на этот крошечный участок земли (13 кв. километров) в Южно-Китайском море, КНР его, что называется, «застолбил», населив тысячей китайцев и приведя туда гарнизон — чтобы защитить слегка вытянувшуюся южную границу.
США и Китай: холодная война
Из стратегически выгодного Саньши Пекин собирается управлять морской территорией в сотни тысяч квадратных километров. Южно-Китайское море богато на углеводороды и не обделено рыбными ресурсами. Поэтому-то глава местной ячейки компартии Ло Баомин заявил:
«Правительство будет работать над превращением Саньши в важную базу для охраны китайского суверенитета».
(Идеи пиндосов живут и процветают!)
Узнав о «важной базе», Госдеп публично заявил о подрыве Пекином дипломатических усилий по разрешению разногласий в регионе и нагнетании там напряжённости.
Китай в ответ молчать не стал.
Министерство иностранных дел КНР на следующий день, то есть 4 августа, попросило США уважать суверенитет и территориальную целостность страны (под которой подразумевалась и удлинившаяся на один город в море провинция Хайнань).
А 6 августа газета «Жэньминь жибао» попросту предложила американцам закрыть рот: «Заявление американской стороны путает правильное с неправильным, вводит в заблуждение общественность, посылает неверный сигнал и должно быть безжалостно опровергнуто. Мы можем просто прокричать США: заткнитесь». (Где там адепты бессильной злобы?)
Газету правящей компартии поддержала в тот же день и «Чжунго жибао». Это издание отметило, что Белый дом не прекратил «думать в понятиях холодной войны». В издательской колонке газеты было сказано: «Взамен того, чтобы критиковать страны, создающие проблемы в Южно-Китайском море, США поливают грязью Китай, настоящую жертву этих разногласий».
Вслед за советом насчёт «заткнуться» китайцы популярно объяснили Америке, что она, во-первых, вовсе не гегемон, а только издали похожа на него, во-вторых, совсем не умеет побеждать в региональных войнах, а в-третьих, напрасно считает Китай стратегическим противником: ведь Пекин, в отличие от Вашингтона, стремится к миру, а не к разногласиям.
II. Интересы американские, а острова — китайские
Хуа Ивэнь, специалист по международным вопросам, считает, что вовсе не КНР, а США «драматизируют» ситуацию в Южно-Китайском море. И, драматизируя, как обычно, преследуют свои интересы. США хотят сохранить «справедливое лицо» (защита ценностей демократии и пр.), не забывая при этом перетянуть на свою сторону страны АСЕАН. Для создания истинно демократического борца с несправедливостью, пишет Хуа Ивэнь, образ Китая подаётся Америкой в виде большой страны, унижающей малые страны. США же предстаёт в виде героя, борющегося с явной несправедливостью.
Кроме того, Вашингтон, по мнению автора, выступает за обработку суверенных споров и конфликтов через третью сторону (арбитраж)
и вообще разного рода многосторонние механизмы для того, чтобы оставить себе возможности для дальнейшего вмешательства в споры в Южно-Китайском море.
Однако, по ехидному замечанию специалиста по международным вопросам, США, хоть они и супердержава, могут в большой степени повлиять на изменение международной обстановки, но «не все стратегии и политики США могут быть воплощены в жизнь. Например, США не смогли одержать победу в Корейской войне, Вьетнамской войне, Иракской войне и войне в Афганистане».
Вот так — ни убавить, ни добавить. Мол, не доросли вы ещё до победы в региональных войнах. Впрочем, заметим в скобках, сам-то Китай тоже в своё время, в 1979-м, попробовал вьетнамского «угощения»…
Что касается ситуации в Южно-Китайском море, тот тут, как указывает китайский аналитик, Пекин всё трезво осознаёт, без иллюзий: в Южно-Китайском море долгое время не будет покоя. Но отказываться от «коренных интересов» КНР не собирается. Вашингтон же, пересекаясь — хотя бы и словесно — с Пекином насчёт беспокойной ситуации, может добиться лишь плохого результата и даже навредить себе самому. «Никто не может обмануть историю и реальность», — пишет международник, тем самым твёрдо обозначая как интересы своей родины, так и
возвращая Штаты на их место где-то у берегов Атлантики.
Здесь Хуа Ивэнь, покончив с заключительной частью своего геополитического сочинения-марша, переходит к мажорной бравурной коде: «В конце концов, США не смогут поднять большую волну в Южно-Китайском море, не смогут помешать тенденции подъёма Китая, не смогут переписать историю, которая гласит о том, что Китай обладает суверенитетом по островам в Южно-Китайском море и окружающим их акваториям».
Так кто тут говорил о спорах и претензиях на островах? В Китае знают: нет ни споров, ни спорных островов. Всё — китайское. Усвойте это раз и навсегда.
III. Морские учения
В конец апреля этого года в акватории Жёлтого моря
прошли китайско-российские учения «Морское взаимодействие — 2012». С российской стороны в море вступил целый отряд: гвардейский ракетный крейсер «Варяг», большие противолодочные корабли «Адмирал Трибуц», «Адмирал Виноградов», «Маршал Шапошников», танкер «Печенга» и два спасательных буксира. Михаил Пак полагает, что Китай попросту использовал Россию, чтобы продемонстрировать в ходе учений своё морское превосходство (в том числе и Соединённым Штатам, и соседям по региону). Ведь в те же самые дни довольно близко, как раз в Южно-Китайском море, проходили учения американских и филиппинских боевых кораблей.
Китайцы умеют не только сказать «заткнитесь», но и показать делом, что заткнуться — самое время. 21 апреля Пекин предупредил Вашингтон и Манилу насчёт того, что «в районе учений существует угроза боевого столкновения».
Не устаёт Поднебесная объяснять американцам и вообще мировому сообществу и о своих правах на острова Дяоюйдао, и на крупный бизнес на африканском континенте.
IV. Ещё одни конфликтные острова
Конфликтов по поводу остров у Китая и его соседей по региону немало — так, что журналисты иногда даже путают названия островов. Немудрено: уже и названия морей, носящие какой-то явно политический характер (Южно-Китайское, Восточно-Китайское, Японское) вызывают у враждующих сторон нарекания.
Месяц тому назад Японии не понравилось, что китайские патрульные корабли прибыли в район островов Дяоюйдао (они же Сенкаку), — и она, Япония, выразила протест. Пекин дал свой традиционный ответ: провёл в Восточно-Китайском море пятидневные учения с боевыми стрельбами.
Отношения между Китаем и Японией испортились, когда Токио объявил об официальных планах национализировать часть островов, выкупив их у частного лица. Китай не мог смириться с тем, что кто-то выкупает у кого-то острова, которые он, Китай, считает своими. Тем более что вблизи островов полно природного газа.
В КНР полагают, что все позиции касательно островов, включая американскую, традиционно построенную на позиции китайской неправоты, — ошибочны. Правильна только китайская позиция, согласно которой острова являются китайской территорией. Поэтому корабли под флагом КНР могут патрулировать окрестные воды сколько захотят.
V. Китайская Африка
Помимо Восточно-Китайского и Южно-Китайского моря, Китай прочно обосновался и в Африке. Освоение китайцами Чёрного континента как-то ускользнуло от Америки, в последние годы сильно увлечённой «арабской весной» и вообще идеей тотальной демократизации арабского мира, но вот теперь Вашингтон в лице госсекретаря, съездившей в турне по странам Африки, словно очнулся. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: Х. Клинтон путешествовала по Сенегалу, Уганде, Южному Судану, Кении, Малави, ЮАР, Нигерии, Гане и Бенину не ради удовольствия, а пропагандируя классическую позицию мировых демократов-гегемонов: всё, что делают Штаты, — хорошо; всё, что делает Китай — нехорошо.
В данном контексте для Африки, оказывается, плохо то, что КНР в первом десятилетии XXI века стал крупнейшим торговым партнёром Африки. Ведь крупнейший торговый партнёр, по мнению Х. Клинтон, это тот, который даёт льготные многомиллиардные кредиты, получая в обмен доступ к ресурсам, а последнее вовсе не есть хорошо. Что ж, госсекретарь страны, где много диких обезьян транснациональных корпораций, в этом деле — знаток.
Минувшей весной, выступая в университете города Сиракузы (штат Нью-Йорк), Хиллари Клинтон выразилась довольно откровенно: «Дипломатия в энергетической сфере является критически важным фактором нашей национальной безопасности, и не только с точки зрения удовлетворения энергетических нужд Соединённых Штатов по доступной цене, но также с точки зрения той роли, которую энергетика играет в наших отношениях с другими регионами мира».
Но одно дело, когда «дипломатией в энергетической сфере» занимаются США, и совсем другое — когда в эту сферу влезает Китай. То, что США можно, потому что оно этими самыми США одобрено, другим не положено.
Привычка выступать по университетам у экспрессивной Хиллари сказалась и в Африке. Появившись на публике в университете Дакара, Клинтон с пафосом заявила: «Дни, когда чужаки приходили в Африку и извлекали выгоду, ничего не оставляя за собой, должны закончиться».
Не американцам, бывшим работорговцам, нынче стесняющимся сказать неполиткорректное слово «негр», казалось бы, поучать насчёт Африки, — но вот поучают. Х. Клинтон подвергла критике некие неназванные страны, которые «дают Африке деньги и не заботятся о том, что эти средства попадают в руки авторитарных правителей». Да что за беда такая — авторитарные правители? В Китае они тоже авторитарные.
Должно быть, американцев нервирует не только факт коммерческого успеха КНР в странах Африки, но и быстрое умение китайцев найти общий язык с самыми разными партнёрами, что у США далеко не всегда получается.
«Один из секретов успеха Китая в Африке, — пишет Александр Габуев, — абсолютная терпимость к вопросам прав человека и демократии. В итоге авторитарные правители вроде суданского президента Омара Башира или главы Зимбабве Роберта Мугабе становятся лучшими друзьями Пекина. КНР снабжает их оружием и прикрывает в ООН, а в обмен пользуется привилегиями. Например, по некоторым данным, в Судане на нефтяных месторождениях китайской CNPC трудятся китайские же заключённые, а охраняют их солдаты регулярной армии КНР, временно оформленные на работу в корпоративное частное охранное предприятие».
12-дневное турне госпожи Клинтон ещё более охладило отношения КНР и США.
Государственное информационное агентство «Синьхуа» в своей прямолинейной манере обвинило американского госсекретаря в стравливании Китая и стран Африки: «Выводы о том, что Китай извлекает богатства Африки для себя, далеки от истины. Цель её речи — вбить клин между Китаем и Африкой».
* * *
Таким образом, если приглядеться к геополитической расстановке сил в мире в последние годы, можно сделать один простой вывод: вовсе не Российская Федерация (пусть и с неудавшейся «перезагрузкой») — противник США по новой холодной войне. Пока Америка строит в мире демократию, поощряя разного рода «оппозиционеров» и распространителей «арабской весны», Китай продолжает успешно торговать, получать углеводороды, грамотно строить отношения, а заодно и города, порою резковато заявляя о расширении границ и по-коммунистически веля кое-кому «заткнуться», намекнув при этом через журналистов на неумение американцев вести региональные войны. При таком положении дел Вашингтону остаётся лишь проглотить горькую пилюлю — не то Пекин опять организует где-нибудь у спорных островов военные учения, а там, глядишь, и очередной городок на рифе выстроит.
