Когда обезболивающее перестает действовать, это видно. И слышно. Начнем с трамадола, сказал онколог, посмотрим, не поможет – перейдем на наркотики. Не помогло, сутки смотрели и слушали. В восемь утра звоню в диспансер. Онколог в двух до восьми. Но сначала все по записи, лучше к концу приема. Приезжаю к семи. Третий. Не помогло, подтверждает онколог, переходим на наркотики. Ищет карточку. Не находит. Сестра находит. Врач пишет бумагу. Это бесплатно, говорит. Получать здесь? Что вы, это же наркотики. В свою поликлинику, к участковому. Без двадцати восемь, уже не успеваю. Дома даю два трамадола. Почти подряд. Кое-как помогло. Ночи нет. В восемь утра в своей поликлинике. В регистратуру уже очередь. Поверх голов спрашиваю. Ваш участковый сегодня с четырех. К заведующей. Ваш участковый сегодня с четырех. Объясняю про онкологию и болевой синдром. Спрашивает, понял ли я про участкового. Объясняю еще раз. Просит не кричать. Берет мою бумагу и идем к старшей сестре. Кабинет закрыт. Предлагает подождать, у них проверка, все бегают. Объясняю уже про проверку. Безмолвная трехчасовая очередь вздрагивает и смотрит на нас. Заведующая убегает искать старшую медсестру. Через десять минут та приходит. Адекватная, замотанная. Все понимает. Давайте бумагу. Осталась у заведующей. Посылает кого-то искать заведующую. Через десять минут та приходит. Нет карты. Ору. Вдвоем приносят карту. Теперь нужен врач, чтобы оформить бумаги. Отрывают от трехчасовой очереди. Пишу расписку. Это же наркотики. Все документы, паспорта, полисы. Ушли делать ксерокопии. Пришли. Сорок минут на заполнение бумаг. Если в стационар или хоспис, или все бывает – сдать остаток день в день. Получать здесь? Что вы, это же наркотики. Дает адрес аптеки. Час езды. Говорит, что если там нет данного лекарства, то надо снова к онкологу переоформлять бумагу. Потом снова к ним. Расписание внизу. Говорю, что ненавижу эту страну. Зря, отвечает. Звоню в нагугленную аптеку, занято, занято, занято. Ответили. По наркотикам справок не даем. Печать внизу поставьте, напоминает сестра. К печатям очередь. Говорят уже двадцать минут нет ее. Ругаются друг с другом. Стучу по оргстеклянной перегородке. Приходит другая, говорит, что та у руководства. Проверка. А она не имеет права и это не ее работа. Ладонью сильно бью по перегородке. Слышно, как у них что-то падает. Охранник встает и идет ко мне. Оборачиваюсь, отворачивается. Приходит третья, за три секунды всех пропечатывает. Поехал. Лекарство есть. Даю бумаги. Через десять минут получаю коробочку и копию номерного рецепта. Для полиции. Это же наркотики. Влетаю в подъезд. Под ногой хрустит очередной шприц. И кодовый замок от них не помогает. На лестнице слышно, что трамадол уже не действует. Куртку на пол, таблетку в рот. Запей, запей, не спеши. Еще полчаса. Вроде заснула. Заснула. Тишина.
The administrator has disabled public write access.
Если Вы вспомните рассказ Евгения о его эпопее - там нечто похожее. Дело видимо даже не в стране ... В чём - не знаю. Но, видимо, в том, что у медиков притупляется чувсто боли и сочувствие - неизбежнопрофессиональное.
Но конечно заморочки с бумагами и местами - это видимо фирменное российское.
The administrator has disabled public write access.
В чём - не знаю. Но, видимо, в том, что у медиков притупляется чувсто боли и сочувствие - неизбежнопрофессиональное.
Тут дело не в медиках, а в менталитете и системе ценностей, в которой человек стоит на последнем месте. На первом месте, все что угодно, но только не человек. Дебилы.
The administrator has disabled public write access.
"Директору издательства "Алгоритм" Сергею Николаеву и его главному редактору Александру Колпакиди предъявлены обвинения по печально знаменитой 282-й статье УК РФ. Их обвиняют за издание любовного романа, где из "экстремистского" только фамилия автора - Йозеф Геббельс. Причем произведение было написано им в юности, задолго до вступления в НСДАП и до того, как он возглавил в Третьем рейхе министерство пропаганды. На момент издания его не было в списке запрещённой литературы, однако уголовное дело возбудили ещё в прошлом году. С каждым днём "анитиэкстремистское" законодательство России становится всё более тупым. В данном случае оно ударяет даже не по оппонентам путинского режима, а по людям совершенно далёким от политики." www.apn-spb.ru/news/article18048.htm
Нет слов кроме матерных
The administrator has disabled public write access.
Ну вот на фига издавать такую книгу?! Обманывать потребителя. Потребитель клюнет на имя автора, заплатит деньги. А получит что? Фуфло какое-то получит, любовный роман, написанный юнцом. Недобросовестная реклама.
Вас кто-то заставляет издавать Геббельса? Вы читали книгу, о которой заявили, что она "фуфло"?
Первый вопрос я не понял. А что до фуфла, то сегодня, спустя сто лет, было бы и без того известно, что это не фуфло; во-вторых, плохой человек не может написать нефуфло, но даже если и может, то это неожиданность и поэтому подспудно (неосознанно) потребитель будет ожидать, что автор скорее хороший или нейтральный (чистое искусство!), чем плохой. Нам это надо?
The administrator has disabled public write access.
Ну так если считаете, что издавать ее не нужно, так и не издавайте. В чем проблема? Вас кто-то заставляет издавать? (это я поясняю вопрос Григория)
Перепутаны до степени смешения "нужно" и "можно". Если книгу издавать не нужно, так значит надо запретить. Характерный пережиток совка. В рамках совка он был даже оправдан, когда все книги издавало государство. Если государство издает фуфло, то оно тратит доверенные ему народные деньги на фуфло, что неправильно. Но сейчас издают за свои собственные деньги, а народ тоже тратит свои собственные народные деньги и сам решает, что покупать.
The administrator has disabled public write access.
Очень, очень сомнительный аргумент. Взять хотя бы Лермонтова...
Сказать откровенно, между нами, Лермонтов мне совершенно неинтересен и я несколько недоумеваю, почему его так превознесли.
onedrey wrote:
Ну так если считаете, что издавать ее не нужно, так и не издавайте. В чем проблема? Вас кто-то заставляет издавать? (это я поясняю вопрос Григория)
На этот вопрос я уже ответил. Это недобросовестная реклама. По-хорошему, административно наказуемая штука - запретом, штрафом, конфискацией и т.п. Скажем, кто-то исподтишка использует чужой бренд, чью-то собственность, с целью коммерческой выгоды. Это наказуемо. И в данном случае это бренд. Одиозный и опасный. За такими штуками должно следить государство, коль скоро они вроде как никому конкретно не принадлежат.
The administrator has disabled public write access.
На этот вопрос я уже ответил. Это недобросовестная реклама.
Почему недобросовестная?
Если бы некий писатель взял себе псевдоним под уже известное лицо, то это да, недобросовестно.
А если имя настоящее, то почему нет?
Вот, есть же картины Гитлера. Не то что бы шедеврально, но никто же не запрещает.
Каждому - своё.
The administrator has disabled public write access.
Хм...А знаете ли Вы, что в романе Герой нашего времени ровно пять частей?
Такого рода наблюдений, до сих пор мною по-настоящему не обдуманных, у меня целая папка на рабочем столе. О каких-то из них мне сказать особенно нечего, до других руки как-то не дошли, никто ведь не помогает. А те наблюдения, которые как бы инородные и с Россией не связаны даже косвенно, я и вовсе игнорирую.
Министр культуры РФ Владимир Мединский заявил в эфире телеканала «Россия-24» об отсутствии в стране цензуры. Политик также подтвердил свой отказ финансировать проекты оппозиционных деятелей культуры.
А вот такая простая мысль, что налогоплательщик вобще не должен финансировать говнотворчество деятелей культуры, каким бы не был политический окрас, не приходила ли в голову министра?
The administrator has disabled public write access.
Вы предлагаете снять оперные и балетные театры с дотации? М б это и правильно, но традиция... - ломать которую не в компетенции Миинистра Культуры.
Я предлагаю не давать денег на сьемки каких бы то ни было кинолент. Театры очевидно должны финансироваться зрителями, а не из бюджета. Уверен, что Большой продержится. Где госудрственное финансирование требуется так это в библиотеках и музеях.
The administrator has disabled public write access.
