Руководство Соединенных Штатов всерьез озабочено готовностью Израиля нанести удары по иранским ядерным объектам, пишет газета Едиот Ахронот со ссылкой на высокопоставленный источник в Государственном департаменте США.
Согласно этой информации, американцы подозревают, что Израиль проведет не согласованную с ними военную акцию после публикации очередного доклада МАГАТЭ по Ирану. В документе, который должен быть выпущен уже в ноябре, сказано, что Тегеран значительно продвинулся в разработке ядерного оружия.
Чтобы не допустить одностороннего нападения на Иран со стороны Израиля, США активно пытаются убедить Совет безопасности ООН ввести новые, намного более жесткие санкции против Тегерана. Вашингтон полагает, что усиление международного давления на Исламскую республику заставит Иерусалим отказаться от намерения решить проблему военным путем.
В этой связи американцы собираются надавить на Китай и Россию, чтобы заставить их принять новые санкции против Ирана. Для этого США, в частности, расскажут Москве и Пекину о своих опасениях относительно израильских планов. Кроме того, Вашингтон собирается использовать доклад МАГАТЭ с информацией о прогрессе иранской ядерной программы.
Еще одним средством убедить Россию и Китай во враждебности Тегерана должна стать история о несостоявшемся покушении на саудовского посла в Вашингтоне, которого, по американской версии, собирались убить иранские тайные агенты.
По словам источника газеты в Госдепартаменте, США настолько сильно боятся возможного нападения Израиля на Иран, что готовы добиваться введения новых санкций против Тегерана на многих уровнях сразу.
31 октября премьер-министр Израиля Биньямин Нетаниягу в очередной раз напомнил согражданам об иранской угрозе. По его словам, Тегеран, вооруженный ядерной бомбой, представляет собой огромную опасность для мира в целом и для Израиля - в особенности.
Следует отметить, что ранее и американские, и израильские руководители признавали, что удар по ядерным объектам Ирана будет, в сущности, бесполезным, поскольку не сможет уничтожить их все и сразу. Кроме того, американцы опасаются, что подобное действие приведет к началу крупномасштабной войны на всем Ближнем Востоке.
I can't stand him. He's a liar, Sarkozy said of Netanyahu, according to the website.
Obama replied, You're tired of him, what about me? I have to deal with him every day, the site reported.
говорят миротворцы, наличие ядерного оружия у Ирана, совсем не значит, что они его применят вообще и против Израиля в частности, ведь с 1945 года ни одна страна, обладающая ядерным оружием его не применила! Все так, но и не так. Израиль находится в окружении враждебных государств, обладая самой мощной армией, он, тем не менее, должен опасаться создания вражеской коалиции, и тогда, в условиях такого противостояния, наличие ядерного оружия на чаше весов может иметь решающее значение. Но как же мы? Это же война?! Да все так же, по Блоку: «Покой нам только снится».
Налицо полное когнитивное слабоумие трусливых израильских пропагандиистов.
На прошлой неделе известная журналистка, политический комментатор Керен Нойбах была отстранена от ведения аналитической программы 1-го государственного телеканала «Другой взгляд» («Мабат шени»).
По словам руководства канала, Нойбах «нетелегенична». Утверждение, что внешность журналистки, манера ее речи, ее прическа более не удоволетворяют взыскательным вкусам зрителей Первого телеканала, звучало столь абсурдно, что я, не поверив своим глазам, дважды перечитал сообщение об этом.
После публикации этого сообщения стали раздаваться возмущенные заявления о «мужском шовинизме» руководителей канала, которые смеют решать, достойна ли та или иная женщина вести важную программу, основываясь на параметрах возраста и внешности телеведущей. Подобного рода критерии никогда не применялись в отношении мужчин-тележурналистов.
Претензии, касающиеся шовинистических предрассудков, предъявляемые к телевизионному начальству, вполне справедливы. Очень мало изменилось за последние 30 лет. В сентябре 1981 года редактор главного выпуска новостей «Мабат» Миха Лимор сообщил телеведущей Кармит Гай, что с этого момента она будет вести программу только один раз в неделю. Свое решение он аргументировал следующим образом: несмотря на то, что Гай отличная журналистка, другие телеведущие, Далия Мазор и Анат Шаран, «выглядят внешне гораздо лучше, чем она».
В те годы хотя бы говорили правду в лицо, не скрываясь за фальшивой политкорректностью. Когда-то мужчины просто-напросто принимали решение, кто из женщин выглядит, с их точки зрения, привлекательно, а кто нет.
Но даже если утверждение по поводу обострившегося сексизма телевизионного начальства верны, причина отстранения Керен Нойбах лежит совершенно в иной плоскости. Возможно, что упорно распространяемые слухи о сексистском решении в отношении Нойбах, являются отвлекающим маневром со стороны руководства Первого канала.
Предпочтительнее выглядеть грубым и неотесанным мужланом, чем циничным государственным чиновником, ведущим подкоп под основы израильской демократии. Когда руководители канала сообщают Нойбах, что она якобы «не телегенична», они действуют в сооветствии с известной сексистской поговоркой: «Будь красивой и молчи». В случае с Нойбах им важнее всего, чтобы та замолчала.
Керен Нойбах была отстранена от ведения важной аналитической программы государственного телеканала не потому, что она женщина. Ее отстранили от дел потому, что она проводила серьезные и нелицеприятные журналистские расследования, потому что она обладает определенным политическим и социально-экономическим мировоззрением и не боится выражать свое мнение перед зрителями. И вот этого руководители Гостелерадио – а точнее политики, которые назначили их на государственные должности – вынести не в состоянии.
Может быть сексистские предрассудки и повлияли на решение главы управления Амира Гилата, бывшего пресс-секретаря Биньямина Нетаниягу, однако своим поступком он дал ясно понять сотрудникам канала: я ожидаю от вас «сдержанности», не стоит повторятьошибки Керен Нойбах, вам не следует выражать свое мнение по острым вопросам, касающимся правительства. Речь фактически идет об угрозе.
Нойбах и ее коллеги, работающие в системе Гостелерадио (в том числе редактор программы Нойбах на радиостанции «Голос Израиля», которую пытались уволить на прошлой неделе), не единственные, кого пытаются заставить замолчать. Власть намерена покончить с 10-м телеканалом . Не случайно ведущий аналитик десятки Равив Друкер, который, как и Нойбах, является смелым политическим журналистом, резко критикующим действия властей, был назван в качестве сотрудника, из-за которого, по всей видимости, будет закрыт канал. Так теперь будет с каждым, кто посмеет критиковать правящую коалицию.
Министр обороны США Леон Панетта призвал Израиль нормализовать отношения с Турцией, Египтом и другими странами региона, чтобы избежать нарастающей изоляции.
Панетта выступил с речью в Институте Брукингса в Вашингтоне, отметив, что в изоляции виноват не один Израиль – по его словам, налицо международная кампания против еврейского государства.
Статьи
Израиль ждет выборов в Египте и готовится к худшему
Глава Пентагона опасается последствий удара по Ирану
США предупреждает Израиль о растущей изоляции в регионе
Глава Пентагона призвал Израиль возобновить мирные переговоры с палестинцами.
Он также подтвердил приверженность США безопасности Израиля и заявил, что не допустит обретения Ираном ядерного оружия.
К сожалению, за прошедший год мы увидели рост изоляции Израиля от его традиционных партнеров в сфере безопасности, а реализация всеобъемлющего мирного плана для Ближнего Востока оказалась фактически приостановлена, - указал Панетта.
Он подчеркнул, что понимает опасения израильтян в связи с арабской весной, которая привела к свержению авторитарных лидеров в ряде стран региона, в том числе в Египте, с которым у Израиля заключен важнейший мирный договор.
Однако смена руководства может дать Израилю шанс улучшить свое положение, отметил министр.
К примеру, Израиль может протянуть руку и договориться с теми, кто разделяет его заинтересованность в безопасности в регионе, с такими странами, как Турция, Египет, Иордания. Если эти жесты буду отвергнуты, то весь мир увидит, кто их отверг, - сказал Панетта.
Не подрывать палестинскую автономию
Египет и Иордания – единственные арабские страны, признающие еврейское государство. В Израиле внимательно следят за выборным процессом в Египте, где по итогам первого тура парламентских выборов много голосов получили исламистские партии.
Турция признает Израиль с 1949 года, но отношения двух стран испортились в прошлом году после инцидента с флотилией свободы, пытавшейся прорвать блокаду Газы, - тогда погибло девять граждан Турции.
Мирные переговоры с палестинцами уже больше годы спотыкаются то из-за строительства израильских поселений на оккупированных территориях, то из-за попыток палестинцев добиться полного членства в ООН.
Панетта призвал Израиль налечь на усилия по достижению мира с палестинцами.
Вместо того чтобы подрывать палестинскую автономию, в интересах Израиля – укреплять ее… продолжая переводить ей налоговые поступления с палестинских территорий и развивая сотрудничество в иных сферах, - сказал он.
Из аудитории Панетту спросили, что Израиль должен сделать, чтобы возобновить переговорный процесс. Да сесть уже за этот чертов стол! – ответил шеф Пентагона.
Проблема заключается в том, что мы не может посадить их за этот чертов стол, - добавил он.
Он указал, что наибольшую угрозу безопасности и процветанию Ближнего Востока продолжает представлять перспектива Ирана с ядерным оружием.
Администрация Обамы отказывается исключить военную операцию с целью предотвращения этой угрозы, однако Панетта ранее говорил, что удар по Ирану задержит создание им атомной бомбы максимум на год-два.
Поэтому, по его словам, военный вариант должен оставаться последним средством.
Одна из идей арабской весны была разворушить осиное гнездо, создать очаг нестабильности с исламской подпиткой и стать разводящими за долю малую. Однако, Мухоморыч сорвал все сроки операции, а Сирия успела чуток укрепиться и придушить своих революционЭров. Да тут еще и землетрясение в Турции не кстати для США.
А если операция по загону Израиля в стойло не прошла естественным путем, то Штаты начинают нагнетать истерию уже искусственно.
Израилю смеха ради надо помочь придушить революцию в Сирии за пару дней и тут же заключить с ней мир и военный союз.
Вот будет воплей от Госдепа за такую протянутую руку арабам!!! Обхохочешься.
Тогда Асад ехидно спросит: Кто там супротив нас с Израилем?
Дорога вдруг стала узкой, извилистой и неровной. Куда-то исчезли фонари. Израильские солдаты зябко прятались от дождя под навесом КПП и не проявили к нам никакого интереса. Мы въехали на территорию Палестинской национальной автономии.
Я ехал в Рамаллу на конференцию, организованную Фондом Розы Люксембург и Ассоциацией имени Фуада Нассара, близкой к Палестинской народной партии. Незадолго до начала египетской революции ассоциация издала мою книгу, и теперь мне предстояло общение с читателями.
Рамалла встретила меня и ехавшего со мной шведского депутата Якоба проливным дождем. «Хорошая новость, – сказал водитель Надер. – Дождь – это хорошо».
Город выскочил из-за холмов, представ перед нами множеством неказистых зданий. «Индустриальный район», – объяснил Надер. Мы с Якобом недоумевали: вокруг не было ни одной заводской трубы, ничего похожего на фабричные цеха. Надер рассмеялся: «Да тут всё просто. Угонят машину из Израиля, разберут на части и что-то из этого соорудят. Вот вам и всё производство».
Столица палестинской автономии на первый взгляд казалась нагромождением домов, иногда уродливых, иногда красивых и даже изысканных, но расставленных на каменистых холмах без всякого внятного плана на кривых и узких улицах. Пустыри между домами завалены всякой дрянью. Много ресторанов, в том числе дорогих. Среди груд строительного мусора возвышаются корпоративные офисы. Город переживает строительный бум, начавшийся после того, как Арафат решил здесь создать столицу. Чиновники, сотрудники международных неправительственных организаций, иностранные представители – все они тут прекрасно устроились. Банки направо и налево выдают кредиты. На программы помощи Палестине затрачены огромные деньги из Америки, Саудовской Аравии и Евросоюза. Положение дел для большинства населения не сильно улучшилось, но строительный бизнес процветает. Организации, получающие и распределяющие помощь, – тоже. Недавно испанский профсоюзный деятель, увидев роскошный офис своего палестинского коллеги, был потрясен. Куда ему до этого, в своем Мадриде!
Одни дороги приведены в порядок, другие – совершенно разбиты, хотя американцы постоянно выделяют деньги на их реконструкцию. Стоит дорогу заасфальтировать, как приходят деньги на прокладку кабеля. Дорогу разбивают, укладывают кабель, после чего получают деньги на её восстановление. А тут как раз начинается новый инфраструктурный проект, асфальт снова взламывают.
Чувствую себя как дома.
Перед открытием конференции сыграли палестинский гимн, который первыми нотами мне немного напомнил гимн СССР, только повеселее. Публика сидела за столами, как в ресторане, во время перерыва туда же приносили обед. В основном это были консервативно одетые мужчины средних лет, очень серьезные, в галстуках. Среди них выделялось некоторое количество женщин, одетых скромно, но не без изящества.
Левые палестинские экономисты резко критиковали собственную власть, доказывая, что она прикрывается израильской оккупацией, не используя в интересах населения те возможности, которые у нее есть. Потоки международной помощи обеспечили территориям экономический рост, но там нет бесплатного образования, нет хороших рабочих мест, нет развития производства. Рост не становится средством для улучшения жизни населения, не является фактором развития. Торговый баланс с Израилем ухудшается. Здесь нет даже гарантированной минимальной зарплаты, жизненный уровень в шесть раз ниже, чем в Израиле. Между рабочими и менеджментом чудовищное неравенство в оплате.
Об эффективности международной помощи говорит простой факт: 20 лет назад в палестинских городах никто из молодых девушек не носил хиджаб. С тех пор западные организации потратили десятки миллиардов долларов на пропаганду феминизма и различные программы женской эмансипации. Только процесс идет прямо в обратном направлении. Женщины надели хиджаб, их почти не видно в общественной жизни. И это не столько победа ислама, сколько торжество конформизма. Головы закрывают даже студентки. «Теперь если девушка без платка, значит, она либо христианка, либо активистка левой организации», – говорит Салем, сотрудница Фонда имени Розы Люксембург.
Иностранных гостей возит по городу активист ПНП Ашраф. За поворотом из тумана вырастает сторожевая башня с узкими проемами бойниц. Это не средневековый памятник, хотя правила фортификации те же, что и во времена крестоносцев. Башня бетонная. Израильская «военная колония». Вокруг разруха и опять мусор. Стена с колючей проволокой. Интересно, как себя чувствуют люди, находясь внутри?
Я начал фотографировать. «Что ты делаешь! – закричал Ашраф. – Они тут психованные! Я обратно теперь этой дорогой не поеду!»
Администрация Палестины тоже похожа на старинную крепость – со стеной, башнями. Но стена из хорошего камня, во всяком случае, облицована очень прилично. У ворот солдаты, высокие красавцы в красных беретах и бронежилетах, напоминающих доспехи, увешанные оружием. Рядом могила Арафата и почетный караул в нелепого покроя мундирах с опереточными эполетами.
Палестинская полиция – в городе, оккупационная армия – повсюду. Стены делят пространство на «свое» и «чужое». Даже дороги сегрегированы на израильские и палестинские. Машина с палестинским номером может, конечно, проехать по израильской трассе, но не всегда и не всюду. А главное, никто никогда не забывает, на чьей он территории.
Израильтян здесь делят на «хороших», которые живут в Тель-Авиве, ходят на пляж и никому не причиняют вреда, а иногда даже могут помочь (с побережья приезжают активисты антивоенного движения и сотрудники правозащитных организаций), и «злых», которые живут в поселениях, откуда они время от времени делают вылазки, чтобы вырубать палестинцам оливковые рощи, засыпать водозаборы и делать другие гадости. Поселения находятся на вершинах холмов, а потому их жителям очень удобно кидать камни в лежащие ниже арабские деревни или проезжающие мимо палестинские автомобили, сбрасывать к соседям мусор.
Израиль и Палестина напоминают огромную коммуналку. По крайней мере это относится к оккупированным территориям (люди в Тель-Авиве могут жить в своем мире, просто не замечая существования арабов). В этой коммуналке вся изобретательность идет на то, чтобы нагадить соседу. На данный момент израильтяне лидируют. Палестинцы иногда с раздражением вспоминают про «идиотов, которые ходили взрывать себя на ту сторону». Но на Западном берегу Иордана это давно кончилось, а жизнь огромного большинства вполне мирных людей превращена в постоянное испытание. Зато в подконтрольном Хамасу секторе Газа из-за стены продолжают запускать ракеты, которые вслепую падают на дома израильтян.
Ашраф везет нас к пограничному переходу. Некоторое пространство между Рамаллой и Иерусалимом – ничья земля. Непонятно, кто здесь отвечает за что. Палестинской администрации уже нет, израильской – вроде как тоже нет. Но эта ничья земля застроена зданиями, магазинами, есть даже рестораны. Там же находится аэропорт Каландия, но он закрыт. Кусок дороги принадлежит палестинцам, но контролируется израильтянами, другой кусок дороги, наоборот, вроде как израильский, но они его не контролируют.
Каландия – самый трудный пограничный переход. Здесь всегда пробка из автомобилей, неразбериха, очереди. Стена высотой примерно в три с половиной метра разрисована, как и Берлинская стена была разрисована с западной стороны. Машины гудят. На пешеходном переходе какой-то парень прощается с девушкой, видимо, одному из них нельзя на другую сторону. А дальше какие-то узкие загончики, как для скота. По ним нужно идти к вращающимся металлическим заграждениям, чтобы попасть в зону досмотра. Толстый человек рискует застрять. Объявления на трех языках призывают «ради вашего же собственного удобства» прочитать инструкции и подчиняться им (obey them). Израильтян практически не видно. Они где-то на той стороне. Продолжает идти дождь. «Видите, как всё хорошо предусмотрено, – говорит Ашраф. – Тут есть крыша, чтобы, пока вы ждете прохода, спрятаться от дождя». Вы даже можете с лотка купить какие-то сладости (двое мрачных ребят как раз сворачивают торговлю), а вот и парковка для инвалидов. Всё цивилизованно и политкорректно. Правда, инвалидная коляска не проедет через узкую щель перехода. Но если попросить, вам откроют ворота.
Позднее, когда Фадва, арабская христианка «с той стороны», на машине с израильским номером повезла меня в Иерусалим, мы объехали Каландию стороной, и нас спокойно пропустили через другой КПП, даже не остановив. Израильские солдаты, вооруженные какими-то навороченными автоматами, весело беседовали между собой, смеялись и, несмотря на своё «голливудское» вооружение, выглядели совсем не страшными. Зато выезд в Вифлеем был закрыт. Прибежал сердитый рыжий парень в бронежилете, по-английски велел разворачиваться, а на вопрос «Почему?» вдруг ответил: «Я вас не понимаю».
Они никогда не понимают слова «почему», ворчала Фадва. А я-то думал, что этого слова не понимают только отечественные чиновники!
Мы проехали ещё немного и попали на дорогу, где патрулей вообще не было. Зачем было ставить охрану и закрывать переезд, если блокпост можно просто объехать за пять минут? Именно непоследовательность и непредсказуемость расклада изумляет в Палестине больше всего. Я был готов к патрулям, проверкам, блокпостам. Но то, что я увидел, поставило меня в тупик. Здесь нет никакой логики, есть только всепроникающая стихия абсурда.
Из Иерусалима мы всё же смогли выскочить через Каландию, причем Фадва проявляла просто чудеса изворотливости, проскальзывая через ряды машин, срезая углы, а иногда и двигаясь по встречной полосе. Машины буквально расталкивали друг друга. Преодолеть КПП удалось минут за 15, это считается здесь просто невероятным везением. Израильтяне не выходили из своих будок, чтобы не мокнуть. Да и вообще, их выезд не слишком интересует, главное – въезд.
На следующий день опять были проблемы. Мы спешили в Рамаллу, пытаясь въехать в город по палестинской территории – через израильский КПП. «Если будут русские, договоримся», – уверенно сказал Ашраф. Увы, на блокпосту были не русские. Солдат-марокканец посмотрел на мой паспорт, «как в афишу коза», и спросил, что это такое. Я сказал, что это российский паспорт. «Я не понимаю, что здесь написано, – сказал солдат, держа мой паспорт вниз головой. – Разворачивайтесь и уезжайте». «Отдайте паспорт», – сказал я. «Сначала разворачивайте машину», – ответил он. Мы развернулись, и он вручил мне паспорт со словами: «Have a nice day!»
«Идиот! Болван! И после этого он хочет, чтобы у нас был приятный день? – возмущался Ашраф. – Стояли бы русские, мы бы договорились. С ними всегда можно договариваться. А теперь 18 километров объезда». Но мы не поехали в объезд. Удалившись от КПП примерно на километр, мы выскочили из машины и побежали по полю. «Полиции нет, но идти надо быстро, – объяснил Ашраф. – А то вдруг они начнут стрелять?» Естественно, стрелять в нас никто не собирался. Мы вообще никого не интересовали. Через пять минут мы были уже в Рамалле, где нас ждало такси.
Все эти блокпосты, границы и стены превращают жизнь в какую-то постоянную игру не то в кошки-мышки, не то в казаки-разбойники. Ашраф играет в эту игру с детской увлеченностью, не понимая мрачной серьезности израильтян. Во время первой интифады он сидел в тюрьме, когда пришло известие о соглашениях в Осло. В тот день палестинцы шли к израильским блокпостам и дарили солдатам цветы. «Я ждал, что сейчас охранник войдет ко мне, похлопает меня по плечу и скажет: «Расходимся по домам, война закончилась!» Но они не пришли».
Мы прощались с ним в центре Рамаллы. Утром мне нужно было лететь в Москву. Ашраф взахлеб рассказывал о том, как несколько лет назад нелегально пробирался «на ту сторону», чтобы попасть на свадьбу своих еврейских друзей. «Видимо, Бог очень не любит евреев и палестинцев, если заставил нас жить рядом на этом маленьком клочке земли и драться за каждый метр! Но когда здесь будет мир, когда мы объединимся с евреями, у нас будет самая потрясающая страна на свете! У нас будет всё! Мы всё сможем! Вместе мы будем круче всех!»
Утром следующего дня Надер, увозя меня в аэропорт, указал на холмы, где арабские деревни перемежались с израильскими поселениями. «Правда, красиво? – спросил он. – Вы даже не можете представить себе, как тут всё будет замечательно, когда установится мир!»
В минувший понедельник восьмой президент Израиля Моше Кацав отметил свой 66-й день рождения скромно, в узком семейном кругу, поскольку особого повода для праздника у него не было.
Уже в среду утром бывший государственный муж отправляется в тюрьму Маасиягу, где и начнет отбывать тюремное наказание сроком в 7 лет.
И хотя адвокаты всё еще надеются на дополнительное заседание Верховного Суда в расширенном составе, даже они заявляют, что шансы на изменение приговора ничтожно малы.
Похоже, не верит в это и сам Кацав. Несмотря на целый ряд интервью, данных им две недели назад израильским СМИ, в которых экс-президент продолжал настаивать на своей полной невиновности, по словам его приближенных, в душе он прекрасно понимает - дело проиграно окончательно.
Был всем, а стал...
В первое время Кацаву придется очень тяжело, – говорит Арье Биби, депутат Кнессета от партии Кадима, в прошлом начальник Управления тюрем Израиля. – Ну кому вообще может понравиться тюремный распорядок, а тут еще и дополнительный психологический фактор – ведь многие годы Кацав был всем и вдруг, в один момент, становится никем.
Мнение депутата разделяют и в министерстве внутренней безопасности, которому подчиняется Управление тюрем и службы исполнения наказаний.
К прибытию Кацава в тюрьму там готовятся очень серьезно. На специальных заседаниях у бывшего президента появилось даже свое кодовое имя – заключенный номер один.
На минувшей неделе ряд парламентариев предприняли последнюю попытку, как они говорят, спасти не столько Кацава, сколько сам институт президентства от позора и обратились к министру Ицхаку Ароновичу с просьбой признать дом семьи Кацав на юге страны в качестве места для отбывания наказания.
Таким образом, депутаты хотели бы избежать появление телекадров, на которых бывший символ государства переступает порог тюрьмы и становится обычным заключенным.
В качестве дополнительного довода депутаты привели тот факт, что Кацав, в бытность президентом, отказался помиловать целый ряд израильских уголовников и теперь, встретив их в тюрьме, рискует столкнуться с большими неприятностями.
Пока я министр внутренней безопасности, подобных поблажек никто и нигде не получит, – завил в ответ министр Ицхак Аронович.
Проведенная по его указанию проверка выявила, что в тюрьме Маасиягу находятся всего двое заключенных, которых в свое время отказался помиловать бывший президент, причем с ними уже проведена предварительная беседа на предмет их будущего поведения.
Наше ведомство целиком готово к приему Моше Кацава со всеми вытекающими из этого последствиями, – заявил во вторник в кнессете начальник Управления тюрем, генерал-майор Аарон Франко. – В том числе мы рассматриваем предотвращение самого крайнего сценария, при котором Кацав пожелает наложить на себя руки.
В камере с экс-министром
Основанная в 1956 году тюрьма Маасиягу является наименее строгой из всех действующих в стране.
Расположенная недалеко от Тель-Авива с виду она напоминает обычную армейскую базу: там нет больших бетонных заборов, а колючая проволока и вовсе теряется на фоне красивой аллеи эвкалиптовых деревьев.
Среди 1300 узников тюрьмы нет ни одного заключенного со сроком наказания, превышающим семилетний. Около половины из них сидят в основном за экономические преступления – так называемые, преступления белых воротничков.
В тюрьме Маасиягу действуют 12 различных отделов, для разного типа заключенных. По просьбе самого Моше Кацава, он будет помещен в так называемый религиозный отдел – специальный корпус, для людей, ведущих ортодоксальный образ жизни.
Уже известно, что Кацав будет делить одну камеру с отбывающим срок бывшим министром от партии ШАС Шломо Бенизри.
Заключенные этого отдела, как правило, не работают (если не считать уборки) и большую часть времени посвящают изучению Торы. В отличие от остальной части тюрьмы, здесь нет телевизоров и ежедневной прессы, зато есть возможность беспрепятственно молиться и изучать Святые писания.
демонстрация жертв сексуального насилия
Женщины, подвергшиеся секусальному насилию, требовали наказания для Кацава
Согласно существующей инструкции, а также параграфам уголовного кодекса, по которым был обвинен Кацав, он должен был быть направлен в другой отдел, предназначенный для насильников, однако все понимают, к чему это может привести, – отметил источник в министерстве внутренней безопасности.
Кстати, Управление тюрем уже получило ряд жалоб от рядовых заключенных о таком несправедливом, на их взгляд, решении. Многие из них годами ждут возможности перевода в религиозный отдел, получая отказ за отказом с формулировкой нет мест.
Впрочем, если судить по официальной статистике, мест там действительно мало – всего 72, и попадают туда, как правило, только благодаря хорошему поведению и глубокой вере.
Без права на отпуск
Сразу по прибытии в тюрьму, Моше Кацав пройдет стандартную процедуру принятия заключенного. Далее его ждет беседа с психиатром и социальным работником, который поинтересуется, готов ли заключенный признать свою вину и раскаяться в содеянном преступлении.
Согласно израильскому законодательству, предоставление права временных отпусков для заключенных, в особенности обвиненных в сексуальных преступлениях, обусловлено согласием с их стороны пройти специальный реабилитационный курс.
Кацав свою вину отрицает, а значит, рискует провести в тюрьме все 7 лет, без права выйти на временный отпуск.
Несмотря по пожизненную ежемесячную пенсию в размере 49 тысяч шекелей (13 тысяч долларов), которую он получает, несмотря на уголовное дело, возможности тратить деньги заключенного Кацава будут сильно ограничены: в местном тюремном магазине ему, как и всем заключенным в Израиле, будет разрешено отовариваться на сумму, не превышающую 1500 шекелей (400 долларов).
В Управлении тюрем подчеркивают, что к Моше Кацаву там намерены относиться как к любому другому узнику – ни лучше, ни хуже. При этом государству содержание заключенного номер один всё же обойдется немного дороже.
За сутки до начала отбытия наказания, было принято решение на первое время всё же приставить к Кацаву отдельного надсмотрщика, который будет следить за его поведением и психологическим состоянием.
Радикальное палестинское движение ХАМАС, контролирующее сектор Газа, изменит тактику борьбы против Израиля с вооруженной на ненасильственную, пишет The Guardian со ссылкой на заявление официального представителя организации Тахира аль-Нуну.
Насилие более не может рассматриваться в качестве основного метода. Однако если Израиль будет на нас давить, мы оставим за собой право на сопротивление, - сказал помощник фактического руководителя Газы Исмаила Хании.
При этом Нуну добавил, что основные палестинские группировки в секторе уже договорились прекратить ракетные обстрелы Израиля.
Как отмечает издание, ХАМАС был вынужден пересмотреть методы борьбы под давлением палестинского лидера Махмуда Аббаса, с которым сейчас вновь идут переговоры о создании правительства национального единства. Кроме того, взгляды лидеров организации изменились из-за внешних обстоятельств, в частности, из-за череды революций в арабских странах.
ХАМАС пытается исправить свою репутацию по примеру египетских Братьев-мусульман, которые в мире долгое время считались ключевой террористической группировкой, однако после революции заслужили определения умеренные исламисты и стали уважаемой политической силой.
Европейские страны уже не считают 'Братьев-мусульман' радикалами. То же самое могло бы произойти и с нашим движением, - заметил Нуно.
Кроме того, ХАМАС, испортив отношения с Сирией и Ираном, вынужден искать себе новых покровителей в лице Турции и Катара, а обе эти страны считают, что прямое вооруженное противостояние с Израилем никаких плодов палестинцам не принесет.
ХАМАС также впервые официально согласился на существование палестинского государства в границах 1967 года и дал согласие на участие в переговорах с Израилем, если международный Квартет снимет часть предварительных условий для начала таких переговоров.
Ранее лидеры радикального движения категорически отказывались беседовать с представителями сионистского образования и требовали создания палестинского государства не только на арабских, но и на еврейских землях.
Израильское руководство пока никак не отреагировало на декларации об изменении методов борьбы ХАМАСа. Ранее в Иерусалиме заявляли, что диалог с движением может начаться только в том случае, если оно признает ранее заключенные договоренности, откажется от насилия и признает право Израиля на существование.
Сотни евреев вступили в стычки с полицией неподалеку от Иерусалима из-за плаката ультраортодоксов в защиту половой сегрегации.
В городе Бейт Шамеш полицейские попытались удалить плакат, призывающий к сегрегации полов.
В ответ толпы ультраортодоксальных евреев забросали стражей порядка камнями, один полицейский получил ранение.
Иудеи-консерваторы активно отстаивают принцип половой сегрегации. Так, в некоторых районах Израиля в общественом транспорте женщины вынуждены занимать места на задних сидениях, несмотря на все решения судов, разрешающие им сидеть там, где нравится.
И эти люди борются за звание страны высокой культуры... (с)
Шо эти, шо ортодоксальные мусульмане...
Получается, чем южнее, тем тупее.
Самые продвинутые страны - нордические. И Россия
Получается, чем южнее, тем тупее.
Самые продвинутые страны - нордические. И Россия
А я на стороне ортодоксальных евреев. Ибо не хрена культурные колодки одной цивилизации (западной) пусть даже и самой продвинутой в смысле экономики потребления навязывать другим народам
Вслед за Таней Розенблит невольной героиней СМИ стала 8-летняя голубоглазая девочка Наама Маргулис из Бейт-Шемеша. Парадокс в том, что Наама принадлежит к религиозной семье, но не ультраортодоксов, а религиозных сионистов, ее родители по идейным соображениям переселились из США. Бедная Наама дрожит от страха, когда ей нужно дойти из школы домой, потому что ультраортодоксы плюют в нее и издеваются над ребенком, утверждая, что она, по их мнению, недостаточно скромно одета. Этот сюжет Второго канала о беззащитной девочке потряс израильтян не меньше, чем история с Таней Розенблит.
E-not написал(а):
А я на стороне ортодоксальных евреев. Ибо не хрена культурные колодки одной цивилизации
А я против ортодоксов ибо есть общечеловеческие ценности, которые отличают нас от диких зверей. А издевающихся на ребенком ортодоксов, я бы на месте папы девочки, пристрелил бы как бешенных собак.
Родители Наамы соблюдают заповеди, ходят в синагогу, зажигают свечи в субботу. Понятно, они также разделяют мясное и молочное. Но ультраортодоксам Бейт-Шемеша ребенок представляется прямо-таки «развратным». Ее тоже называют «шиксой», угрожают физической расправой, если она осмелится пойти по «мужскому» тротуару в школу.
Тяжелый случай. Ведь какие всеже жлобы эти ортодоксы. Хотите жить по своим правилам? Пожалуйста, покупайте землю, стройте там частную школу, свои магазины итд. Так нет же, эти уроды хотят жить за счет государства, но при этом навязать всем налогоплательщикам свои порядки. Отлавливал бы этих уродов и ставил бы им мясо-молочную клизму.
Виноваты прежде всего родители Наоми. Ну, есть себе вполне дикие люди - ортодоксы. Живут себе, никого не трогают. Когда трогают, им указывают их место. Нахрена жить в их районе?
Но разумеется, конкретно издевавшиеся над ребёнком и подстрекавшие раввины д б наказаны так, чтоб они лет на 20 от одной мысли о подобном пачкали штаны. Т е издевавшихся - года на 3 в тюрьму, подстрекавших - лет на 5. Ну, в общем подобрать максимально жёсткую статью или прецедент.
