Плохо нам жилось в СССР, воровать по крупному не давали...
Зато подворовывало 95% населения. Это и было одно из основных достижений коммуняк - сделали воровство нормой жизни.
ПП всегда найдет чем обгадить Союз, у меня ощущение что ППодобные биороботы с программой "гадить на все советское на всех форумах.
Уже два десятилетия мы живем в режиме реставрированного капитализма, уже 20 лет мы в объятиях и под влиянием варварской капиталистической пропаганды. Ее флагманом в нашей республике является, прежде всего, наше общественное античешское телевидение. Оно, вместе с прессой, радио, ораторами и разными гуманитариями, документалистами и историками, яростно бросается на нас из каждого закутка, с утра до ночи, без надежды на побег (напомню, что коммунисты в свое время перестали вести информационную войну с империализмом уже через 10 лет после прихода к власти). Это пропаганда запугивания и устрашения в стиле «кто не с нами, тот против нас». Она, в конце концов, даже превратилась в своего рода социальную дисциплину …
Жалкое зрелище и закономерно возникающий вопрос: а действенна ли эта пропаганда до сих пор?
Целей такой пропаганды, по крайней мере, три. У нас дома коммунизм (под этим термином скрывается правление КПЧ) надо осудить и оплевать, как преступную и неэффективную систему, и, насколько это возможно, нейтрализовать попытки конкретного сравнения его с современной действительностью. Глобально – как мы видим — чем дальше, тем все более необходимо пытаться заставить людей (граждан, избирателей, налогоплательщиков) бояться любых помыслов о каком-либо «коммунизме» или «социализме». Очевидно коммунизм даже сегодня не перестал быть главным идеологическим противником, и реальной угрозой для капитализма. Видно, что он вызывает серьезную обеспокоенность (см. тревожный пример стремительно крепнущего «коммунистического» Китая). В-третьих, в наших конкретных условиях существует дополнительная задача — не слишком далекая от самых главных – сделать из нас, как «обесчещенного коммунизмом» и «преступного» чешского народа, мишень для реваншистских и реституционных интересов Германии и католической церкви.
Невозможно поверить, но с течением времени пропаганда не только не утихла, но напротив, еще больше активизировалась. Даже спустя полвека число «борцов с коммунизмом» и разных «жертв» растет как количество партизанивших после Второй мировой. Иногда даже кажется, что большинство своих грехов коммунисты совершили после 1989 года. У нас возник полный ранжир жертв и героев антикоммунистического сопротивления. От различных пустозвонных так называемых «запрещаемых» интеллигентских celebritiček, до убийц Mašínovy. Их ежедневно доносящиеся однозначные воспоминания (fabulace), имеют точно такую же достоверность, как если бы вы спрашивали уголовника в тюрьме, справедливо ли его туда посадили. Естественно, вы узнаете, что каждый из них невинен аки агнец Божий. На практике же, это, улыбаясь называют «устной историей», в рамках которой односторонние голоса различных «жертв» имеют часто такой же вес, как если бы вы спросили людей перед храмом, верят ли они в Бога.
В позднем совке прямо четко видно, какие фильмы консультировало МВД, а какие КГБ. И если среди ментовского кино что ни фильм, то шедевр, то гэбэшное - почти сплошь кал. Даже взять Юлиана Семенова. Противостояние - шедевр и классика, Тасс уполномочен заявить - говнище полное. А Следствие ведут знатоки - ну это я не знаю, это сериал Шерлок, наверное, если бы я его смотрел.
Фильм, о котором пойдет речь - он гэбэшный. В детстве сто раз видел рисованную афишу со стюардессой, но фильм был детям до 16, и правильно. Я бы все равно ничего не понял, там экшна вообще нет, только диалоги, и грудь голая в кадре.
Итак. Начало 80-х, в Мэдисон сквер гарден выступает советское ледовое шоу такое адское. Женщины в кокошниках, мужчины в костюмах медведей, водят хороводы под Калинку-малинку, и их на льду человек сто. И имеют грандиозный успех, вся Америка рукоплещет. После шоу фигуристы расходятся, и только одна девушка остается в паркинге. Она ждет мужа. Он спортсмен (вид спорта не указан), и тоже сейчас в США. Но он почему-то опаздывает. И руководитель шоу говорит - одну я тебя в этом паркинге не оставлю, пошли в отель. В отеле трогательная сцена - номер на четверых, и фигуристки хвастаются покупками. Одна показывает платье, ее спрашивают - Хау мяу? Она отвечает - 60 долларов, остальные такие - ничего себе, 60 долларов! А она такая - да я понимаю, что дорого, но продавщица так меня уговаривала, неудобно было отказать. А другая купила купальник всего за 6 долларов - продавец его прятал, но она уговорила отдать и купила. "Ткань супер модерн". Потом она в этом купальнике пойдет в душ, и он станет прозрачным - это купальник из магазина приколов. И вот они сидят так и веселятся, и тут стук в дверь. Пришли советские дипломаты и спрашивают ту девушку, давно ли она видела мужа. Муж сбежал с тренировочной базы и, по некоторым сведениям, хочет попросить политического убежища. Очевидно, он и ее за собой попробует потащить, поэтому советские дипломаты ей помогут. И они везут ее на свою конспиративную квартиру, а назавтра срочно отправляют в Москву рейсом Аэрофлота.
И чтобы не было провокаций, ее тайно зарегистрируют, ее багаж отдадут другому пассажиру, а саму ее на борт за 5 минут до вылета заведет целая толпа советских консулов. И не зря это все было - американцы (неназванная спецслужба, которая жалуется, что ФБР их ни во что не ставит) дежурят в аэропорту и ждут ее. И когда, казалось бы, все обошлось, эта спецслужба заходит на борт - Где Ирина? Вы ее силой увозите! Причем с ними переводчица такая с Брайтон-бич, и она такая: Я ваш друг! А Ирина ей: Отойди от меня, шмондифёрка! И уходят американцы ни с чем. Казалось бы - Ирина сказала им, что улетаает добровольно. Но они ей не верят и задерживают рейс. Они требуют, чтобы она пришла в офис иммиграционной службы и повторила бы это еще раз.
Но советская сторона боится провокаций и не идет на такое условие. Американцы настаивают на своем и говорят, что самолет они не выпустят. Американцы разделяют пассажиров на тех, кто из капстран и тех, кто из соцстран. Первых отправляют другими компаниями, а вторые заложники. Потому что иностранцы, если что, будут судиться, а советские не будут.
Американцы рассчитывают, что советские пассажиры взбунтуются. Но главный совдипломат спрашивает - Товарищи, потерпим? И все отвечают да.
И в самолете нет воды, еды и кондиционера, но советские люди терпят и не идут на уступки. Под окнами самолета каждый день пикеты "Долой советы!"," Фридом фор Ирина!", и советский ребенок показывает им в окно жопу. И тем временем переговоры между СССР и США. Американцы предлагают ей не идти в офис иммиграционной службы, а встретиться в аэропорту. Она не выйдет из самолета! - отвечают им советские. Ок, самолет стоит, переговоры продолжаются. А давайте она встретится с нами в телескопическом трапе, - говорят американцы. - ОНА НЕ ВЫЙДЕТ ИЗ САМОЛЕТА! - отвечают советские.
Не хотите по-хорошему? - говорят американцы и запускают в самолет полицию. Но Ирина обсажена самыми накачанными пассажирами, они не пускают. Параллельно либеральная пассажирка, работающая в ВААПе, спрашивает соседа по креслу - Ну а что такого? В других странах же можно переезжать из страны в страну, и ничего, почему у нас так болезненно? А сосед ей отвечает: Наша страна особая, и вы этого не поймёте, пока не ощутите себя частицей народных масс истории. А молодая стюардесса, у которой это первый рейс, волнуется, что родители ее ждут дома, и тогда второй пилот устраивает ей сеанс как бы связи, и сам разговаривает с ней, как будто он ее папа, а она верит.
Потом приходит начальник аэропорта американец и говорит, что так и быть, на время переговоров пассажиры могут идти в отель. Но пассажиры хором отвечают ему - Нет, мы не хотим в отель, хотим улететь вместе с Ириной. И про пассажиров выходит статья в "Правде", ее доставляют консулу диппочтой, он ее ксерит, раздает всем, и все берут у Ирины автографы.
Наконец, компромисс - переговоры в фургоне для еды, который пришвартуется к борту, а водитель из него выйдет. Советские согласны. Она стоит между советской и американской делегациями. Ее просят отвечать откровенно и искренне. Я могу быть откровенна? - спрашивает она американцев. Да, отвечают они. Иван Иванович, я могу быть откровенна? - спрашивает она советских - каждого. - Петр Петрович, могу? Сергей Сергеич, могу быть откровенна? То есть у нее истерика, и даже я занервничал - вдруг она скажет, что остается в США. А на советских лица нет - баба же, они же понимают. Тем более что незадолго до этого она вспоминала мужа - какой он беззащитный и ранимый, и как ему без нее будет плохо.
- Я могу быть откровенна? Тогда слушайте, американцы! Как я вас ненавижу, совести у вас нет! Сосите! - говорит она американцам (не дословно).
Советские в восторге. На американцах лица нет, но у них есть козырь. Миссис, в аэропорту ваш муж, можно он придет к нам в фургон? Советские опять возмущены - эй, мы так не договаривались! Но Ирина отвечает - пускай он придет. И советские снова грызут ногти. Приходит муж - такой весь на моде и с веселым лицом. Идет ей навстречу. Советские срут.
А она первая начинает разговор - Любимый, поехали со мной в СССР! Там наша родина и наш дом. И он отшатывается от нее, плачет и выбегает из фургона. Обосрались американцы.
Самолет выпускают. Пассажиры переговоариваются - Зря он остался, там единицы добиваются успеха, а остальные умирают на мостовой.
Конец фильма. И я, конечно, выключаю его с чувством "что за кал" и иду читать Википедию. И в статье про танцора Годунова читаю, что все так и было на самом деле, ну или примерно так.
И это делает меня еще сильнее впечатленным.
Не могу вспомнить, видел ли я еще где-нибудь обычных советских людей тех лет, чтоб не в постановочной съемке. Разве что очень короткие, буквально секундные куски. И не бытовые, а в связи с событиями какими-нибудь, демонстрации там или полет в космос.
Когда я был пионером в СССР, мне рассказывали, как хорошо мы будем жить в будущем. Теперь мне рассказывают, как я хорошо жил в прошлом, когда был пионером в СССР. (с)
Когда я был пионером в СССР, мне рассказывали, как хорошо мы будем жить в будущем. Теперь мне рассказывают, как я хорошо жил в прошлом, когда был пионером в СССР. (с)
Каждый зарабатывает на жизнь как может. Кто-то рассказами как было хорошо, кто-то - как плохо.
Когда я был пионером в СССР, мне рассказывали, как хорошо мы будем жить в будущем. Теперь мне рассказывают, как я хорошо жил в прошлом, когда был пионером в СССР. (с)
Каждый зарабатывает на жизнь как может. Кто-то рассказами как было хорошо, кто-то - как плохо.
Не кто-то и кто-то, а это одни и те же кто-то. Вчера они говорили одно, а сегодня говорят в точности противоположное, держа нос по ветру.
А что в этом удивительного, если те же люди, что радостно верили им тогда, радостно верят сегодня в точности противоположное? Не пропадать же плодам вековой дрессировки.
Серия отличных короткометражных фильмов о торжестве импортозамещения.
это дешёвые страшилки для недоумков. пропаганда.
то что снято - это уже не СССР, это уже был его развал плным ходом.
а потом найти дерьмо можно в любой стране в любой период.
даже в те годы, было всё намного интереснее.
удивляюсь, сколько недоумков ведётся на эту пропаганду.
съездите сейчас в омериканскую провинцию, узнаете что такое безнадёга и нищета.
