Катя. Автобиография
Биография Екатерины Медведевой
Я, Медведева Екатерина Ивановна родилась в селе Голубино Белгородской области в крестьянской семье 10 января 1937 года. В 1946 г. В селе Голубино была засуха и наша семья уехала в Азербайджан. В Азербайджане меня устроили в детдом в город Шуша после смерти матери и старшей сестры Полины. Мой отец – второй муж моей мамы, он ушёл от нас за два года до смерти мамы. В детдоме я окончила 7-летнюю школу и 5 лет музыкальной школы по классу скрипки. Училась на одни пятерки и редко четверки в обеих школах. Город Шуша - это средневековый курортный городок.
Всё лето каждый год я читала художественную литературу, русскую и азербайджанскую классику. При мне с 1947 по 1954 гг. в Шуше было семь детских домов. Учились все в городских школах. Учителя у нас были прекрасные. Кто из учителей проштрафится в Баку, их за наказание ссылали к нам. Историю преподавал настоящий грек Николай Помехронович (живой спартак).
Он всем на привил любовь к истории. Глазной врач проштрафилась её к нам прислали, а все детдома косила трахома, она всех вылечила. Математик был потрясающий. Но любил выпить.
В 1954 г. меня отправили в город Баку, в 17 лет я уже имела профессию ткачихи. Я не любила эту работу за то, что в сказке Пушкина ткачиха и повариха сделали зло, но работу я выполняла т. к. с детства имела чувство ответственности. За то сейчас, как я чувствую ткань. В 1957 г. вышла замуж. В 1972 г. я окончила Культурно просветительное училище города Ульяновска, заочное отделение. В 1974 г. моя дочь Ирочка заболела и её отправили в Ессентуки в санаторий. Через 2 недели я бросила в Ульяновске и комнату и всё что было, приехала в Ессентуки и меня взяли в клуб художественным руководителем, в совхозе Зеленогорский, в пяти минутах езды до Кисловодска. В 1976 г. я уволилась из сельского клуба и устроилась в клуб работников торговли на улице Ермоловой. Работала заведующей реквизитного цеха при народном театре. Там была изостудия. Занималась молодежь 15-16 лет. Приходил туда художник Морев Анатолий Николаевич и писал картины, т. к. у него не было своей мастерской. У меня был оклад 80 рублей, из них 35 рублей за частную квартиру, и алименты получала немного. Вдруг мне предлагают по совместимости здесь же в клубе сутки дежурить и убираться. В общем я должна была один месяц убирать в изостудии.
После киносеанса в 12 ночи я вошла в изостудию и обалдела, постановка была: восточный кувшин, хохломская миска и искусственные фрукты, краски, кисти, бумага. Я вымыла полы и начала рисовать. Я нарисовала гуашью на оберточной бумаге и оставила там. Назвала «Хлеб насущный». Через день я пришла на свою работу и вошла в изостудию. Смотрю, а мой рисунок висит на самом высоком месте. Морев А. Н. уже был в изостудии. Я ему говорю: «А кто это повесил рисунок на стену?» Он сказал, что это он повесил. Он говорит: «Это ваша дочь нарисовала?» Ирочка училась в Кисловодской художественной школе во втором классе. Я говорю: «Нет, это я первый раз попробовала». Он говорит: «Первый раз и так хорошо?» А я говорю, что же там хорошего, всё криво нарисовано. Он сказал, что живопись у меня отличная, а что такое живопись я и не знала. Вы хорошо чувствуете цвет. Тогда я ему сказала: «Я загадала, что если понравится художникам, то я буду у вас учиться». Морев А. Н. сказал, что мне учится не надо, рисуйте сколько хотите и когда хотите и никого не слушайте.
Он мне подарил книгу «Рисунки Ван Гога» и акварельные ленинградские краски. Девушка мне подарила кисть, которой она реснички красила. Это было 5 января 1976 г. Мне было 39 лет.
15 января 1976 г. ко мне в клуб приехала главный художник Артели Кисловодска, с предложением перейти к ним на работу. Представляете, через 10 дней. «А что я должна делать?» - спрашиваю, она говорит: «Поставят расписную чашку и вы должны её расписать по готовому рисунку». А я отвечаю: «Чужую работу повторять? - да я за 8 часов столько своего сделаю!» Зауважали. 160 руб. мне предлагали вместо моих 80-ти руб. У меня в организме произошла перестройка, когда я начала рисовать с 6-ти утра и до 2-х ночи. Я по другому стала воспринимать всё: людей, природу, жизнь. Как будто мне поменяли кровь.
10 апреля 1976 г. Морев А. Н. сделал или организовал мою выставку прямо в клубе на моей работе. Выставил 37 рисунков. Была даже книга отзывов. Преподаватель художественной школы написал: «Ей не стыдно в 39 лет рисовать, как ребенок пятилетний». Я в слёзы, бегу к Мореву А. Н., он сказал: «Не плачьте, это он вам комплимент подарил. Кто в 39 лет может сохранить такую чистую душу?»
Потом в 1976 г. 7 сентября, я выехала к себе на родину. Так как я уже в 63-65 гг. работала на почте, то я устроилась у себя на родине в узел связи. Я подменяла начальников отделения связи на время их отпусков. А я рисую, представляете, 30-отделений связи в районе, и езжу в командировки. В одном селе индюки, в другом гуси, в третьем плетни плетеные. Красота! Осень, все цветное. После работы я рисовала и вот так 5 лет, пока меня не послали в Старую Ладогу в Дом творчества.
Вторая выставка состоялась в г. Старый Оскол в детской художественной школе, я выставляла 65 рисунков по номерам. Книгу отзывов разорвали в клочья. Взрослые советовали бросить рисовать, а дети ученики писали: «Никого не слушайте, рисуйте». В 1979 году была областная выставка, а моя в этих же залах персональная – 59 рисунков. Первое интервью в жизни я дала корреспонденту радио Маяк, он так восхищался. А я растерялась, стеснялась очень. Сто рисунков я выставляла в 1977 г. в своём селе Голубино летом, очень волновалась. Студентов было много, наших голубинских. Успех был большой.
В Голубине до войны был спиртовой завод (со свеклы) в 20-е годы и бардой кормили конницу Буденного, который жил в селе Великая Михайловка в 40 км от нас. Я была в музее, видела тачанку, но новую.
В Москву я приехала в конце 1980 года, а в конце 1981 (30 декабря) вся интеллигенция Москвы была у меня на выставке персональной во Всероссийском доме творчества. Выставку планировали на 20 дней, а продлилась с 30 декабря по 15 марта по просьбе москвичей. Успех невероятный.
29 лет я живу в Москве, а уже в своей квартире прописаны все с 1991 г. Я благодарю всех москвичей за квартиры, где я останавливалась и мастерские у кого работала. А сейчас Пельман Григорий пишет, что я якобы в Москве живу только с 2006 года, т. к. я поссорилась с ним в январе 2006 г. Я одна, а у меня столько открывателей. Это смешно, я за всё плачу сполна, а он пользуется моим трудом да ещё и лжет о моей биографии. Так же нельзя. Директор музея наивного искусства в Москве пишет, что я работала уборщицей и почтальонкой. Почтальонкой я не работала ни одного дня. Мне по почтовой связи прочили карьеру, а я стала рисовать. Почтовая связь очень интересная работа, но художник – это духовность, т.е. ближе к Богу, к истине.
Лучшая моя весна – это осень 1981 года. Дом творчества послал меня в Старую Ладогу в 1981 году.
Старая Ладога - столица первого русского Княжества. Рюрик обосновал Старую Ладогу. За два месяца находясь в Доме творчества можно написать прекрасный роман. Так интересно там. Кормят 3 раза в день, мастерские дают, природа - чудо. Самодеятельных посылали на месяц, а профессионалов на два месяца.
Ещё Гюсталь Курбе писал, что труднее всех художнику, который ни на кого не похож. Это действительно. Приехал Московский театральный художник Саша Майоров, и в час ночи, я сплю, он стучит в окно, я так испугалась. Он говорит: «Откройте пожалуйста, говорят у вас прекрасные работы». Я говорю, ну не ночью же, утром приходите. Это 1981 год. Он днем пришел ко мне. Посмотрел и первый раз в жизни он купил у меня пейзаж «Боровский монастырь», акварель. Он повел меня в свою мастерскую, дал мне 50 рублей за рисунок, подарил кисть колонковую и краски акварельные. Он сказал: «Никому не говори про 50 рублей, он дороже стоит». А для меня такая радость, что художник покупает и деньги большие, красок много можно было купить, я ему очень благодарна. Кирилл Мамонов мне помогал, я его очень уважаю.
Всероссийский дом народного творчества мне очень много помогал, поддерживал. Первый месяц в Старой Ладоге был очень тяжелым для меня. Меня оставили на второй в знак поощрения. Остальные злятся на меня самодеятельные. Я много слез пролила. На поверхность я клади шутила, выпивала, рассказывала анекдоты, а что на душе не показывала. На второй месяц я приехала на третий день. Октябрь 1981 г. А в группе новой 5 человек – самородки. Я приезжаю, а картины мои за первый месяц остались на окне и видны фрагментами. Мне 44 года, а художник с нашей группы из Калуги, ему 42. Он подходит и спрашивает: «Теть, а теть. Это ваши картины?» А я ему отвечаю: «Тетя на базаре семечками торгует, а я художник, понятно тебе!» Потом он пригласил меня в свою мастерскую. Смотрю. Он мне лапшу вешает на уши, думает что я не понимаю. Это моя дочь на санках с горки катается, а ему и говорю: «Это ты с открытки срисовал!» В точку попала. Потом он мне показал рисунки. Я как увидела и говорю, если ты так умеешь, то почему с открытки рисуешь. А у него замечательные рисунки свои на историческую тему. Я говорю, вот твоё. Стали друзьями. Чем же я плохой человек?
В Интернете я не понимаю, да я и боюсь увлекаться, что бы живопись не бросить.
Спасибо всем кто пишет в Интернете.
Чем меньше зла в человеке, тем он больше художник.
Катя Медведева 16.01.2009
Я не живу в деревне, а езжу на дачу как и вы все. Я чаще езжу и пишу картины. В Москве у меня комната 14 м, мастерской нет. Кто продает мои картины в Интернете я не знаю и меня это не касается. Что я выставляю на сайте, вот это моё. К деньгам я отношения не имею за те картины мои, которые люди продают. Хитрости, вранья у меня нет!
