У нас вдруг пошёл дождь. Весь снег превратился на**й в лёд.
Город стал одним сплошным **аным катком.
Я такого пи**еца ещё никогда не видел. Перемещаться можно со скоростью 2 метра в минуту, периодически падая и матеря путена…
Двое петербуржцев слили химикаты в канализацию и спровоцировали зловоние в четырех районах
Петербургский Водоканал пока не знает, сброс какого вещества в систему водоотведения привел к появлению вони в четырех районах города. Однако виновники утечки установлены — это двое мужчин.
В пятницу вечером благодаря бдительности коммунальщика их поймали с поличным. Сотрудник «Водоотведения» увидел, как нарушители сливали в канализацию на Двинской улице некие химвещества, и блокировал им выезд. Дальше в дело вступила уже полиция, которая доставила вредителей в отдел.
Ранее на едкий химический запах пожаловались жители Фрунзенского, Колпинского, Невского и Петроградского районов.
Благовещенская администрация: оснований для введения режима ЧС нет
В мэрии Благовещенска объяснили, почему, несмотря на масштаб природного явления в виде гололедицы, в городе не вводится режим ЧС. Ссылаются на федеральный нормативный акт.
«В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 21 мая 2007 г. N 304 "О классификации чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера" оснований для введения режима чрезвычайной ситуации нет.
В постановлении перечислены те критерии, по которым ситуацию можно отнести к чрезвычайной. Есть там выпадение определенного количества осадков за определенное время, есть обледенение проводов, а гололедица даже в таком масштабе не указана. Поэтому мы действуем в режиме повышенной готовности, и задействованы все силы и средства, в том числе привлеченная техника», – пояснили в пресс-службе городской администрации.
Режим повышенной готовности в связи с неблагоприятными погодными условиями был установлен на территории городского округа с 00:00 22 ноября постановлением мэра.
После того как в ночь на 23 ноября город накрыло дождем, а ударивший мороз превратил весь город в каток, все силы и средства были брошены на устранение гололеда и снежного наката. Работы проводятся круглосуточно с привлечением всех сил и средств, а также техники и рабочей силы сторонних организаций, сообщает мэрия.
"Dear migrant. No England. Go Russia. Vladivosztok. -40ºС", — гласит объявление. Дословный перевод: "Дорогой мигрант. Не Англия. Еду в Россию. Владивосток. -40ºС".
Корр. ИА PrimaMedia нашел источник фотографии, которым оказался эстонский пользователь Facebook Hillar Pugal. Фото он впервые опубликовал еще в 2016 году, и тогда оно широко разошлось по сети,
Помню, лет пять тому назад мне пришлось с писателями Буниным и Федоровым приехать на один день на Иматру. Назад мы возвращались поздно ночью. Около одиннадцати часов поезд остановился на станции Антреа, и мы вышли закусить. Длинный стол был уставлен горячими кушаньями и холодными закусками. Тут была свежая лососина, жареная форель, холодный ростбиф, какая-то дичь, маленькие, очень вкусные биточки и тому подобное. Все это было необычайно чисто, аппетитно и нарядно. И тут же по краям стола возвышались горками маленькие тарелки, лежали грудами ножи и вилки и стояли корзиночки с хлебом.
Каждый подходил, выбирал, что ему нравилось, закусывал, сколько ему хотелось, затем подходил к буфету и по собственной доброй воле платил за ужин ровно одну марку (тридцать семь копеек). Никакого надзора, никакого недоверия. Наши русские сердца, так глубоко привыкшие к паспорту, участку, принудительному попечению старшего дворника, ко всеобщему мошенничеству и подозрительности, были совершенно подавлены этой широкой взаимной верой. Но когда мы возвратились в вагон, то нас ждала прелестная картина в истинно русском жанре. Дело в том, что с нами ехали два подрядчика по каменным работам. Всем известен этот тип кулака из Мещовского уезда Калужской губернии: широкая, лоснящаяся, скуластая красная морда, рыжие волосы, вьющиеся из-под картуза, реденькая бороденка, плутоватый взгляд, набожность на пятиалтынный, горячий патриотизм и презрение ко всему нерусскому - словом, хорошо знакомое истинно русское лицо. Надо было послушать, как они издевались над бедными финнами.
- Вот дурачье так дурачье. Ведь этакие болваны, черт их знает! Да ведь я, ежели подсчитать, на три рубля на семь гривен съел у них, у подлецов... Эх, сволочь! Мало их бьют, сукиных сынов! Одно слово - чухонцы.
А другой подхватил, давясь от смеха:
- А я... нарочно стакан кокнул, а потом взял в рыбину и плюнул.
- Так их и надо, сволочей! Распустили анафем! Их надо во как держать!
Каждый подходил, выбирал, что ему нравилось, закусывал, сколько ему хотелось, затем подходил к буфету и по собственной доброй воле платил за ужин ровно одну марку (тридцать семь копеек). Никакого надзора, никакого недоверия. Наши русские сердца, так глубоко привыкшие к паспорту, участку, принудительному попечению старшего дворника, ко всеобщему мошенничеству и подозрительности, были совершенно подавлены этой широкой взаимной верой.
Какие-то дебилы эти финны.
Быстро разорились наверняка